Патриция находилась дома, приводила в порядок прическу и выбирала наряд для очередной встречи с О’Брайеном. Она должна была выглядеть безупречно, поскольку О’Брайен хотя и не сказал ничего конкретного о предстоящем вечере, но намекнул, что он станет для них незабываемым. И тут она начала различать звучание гитарных струн под ее окнами, достаточно громкое, чтобы быть услышанным в обычном грохоте города. В ту же минуту раздался стук в дверь, и, открыв ее, она увидела трех соседских ребятишек, каждый из которых держал по огромному букету роз. Гитарный перебор продолжал звучать, но теперь он аккомпанировал песне о любви, а голос был безошибочно узнаваем. Патриция взяла на руки младшего из ребят, и все они вышли на балкон послушать серенаду. Исполнив нескольких песен, которые к тому времени уже собрали толпу соседей, Рид опустился на колени и выкрикнул Патриции предложение выйти за него замуж. В толпе закричали: «Si, Si,» - «Да! Да!», и через несколько мгновений Патриция взяла из букета розу, бросила ее Риду и сказала только: «Si, senor» – «Да, сеньор». Толпа зааплодировала, и началось торжество. Обаяние и энергия Рида перекозыряли голливудские достоинства О’Брайена. «Дин воровал для женщин розы из палисадников, и это было очень волнующе, - поясняла Патриция, - он останавливал машину посередине дороги и танцевал с тобою – это все то, что можно было бы ожидать от Джеймса Дина».
Патриция неохотно призналась Риду, что ей придется встретиться с О’Брайеном. Фоторепортеры были повсюду. О’Брайен со своей возлюбленной в компании других кинозвезд отправились смотреть бой быков, затем на ужин. Когда они вернулись на виллу О’Брайена, Патриция наконец сказала ему, что согласилась выйти замуж за Рида. О’Брайен негодовал. Он крушил мебель, закатил Патриции пощечину и швырнул ее на кровать. Ее мольбы все-таки заставили его остановиться. Гнев О’Брайена объяснялся многими причинами, одна из которых заключалась в том, что он рассказал своему пресс-агенту о намерении сделать Патриции предложение тем вечером и был уверен, что агент проанонсирует их свадебные планы на следующий день в прессе.(93)
Следующим вечером Рид и Патриция отправились в кино на «Эль Сид» с Чарльтоном Хестоном в роли Эль Сида, благородного испанского рыцаря одиннадцатого века, и Софией Лорен в роли Чимене – женщины, которая сначала любила Эль Сида, потом его ненавидела, в конце концов вышла за него замуж и полюбила снова. «Может ли человек жить без чести? - риторически задавал вопрос Эль Сид. - Нет». Патриция проплакала почти весь фильм, увидев Рида в этом честном рыцаре. Пара еще очень долго находилась под впечатлением того вечера и фильма, и в последующие годы они часто вспоминали главных его героев. Для них это был хороший выбор. Рид был так же красив, как Хестон, а Патриция была одной из немногих женщин, которые могли бы находиться в одном помещении с Лорен, не боясь сравнения. Вопросы Эль Сида о достойной уважения жизни были теми же, над которыми бился Рид, и та же последовательность «сейчас – я люблю его, а сейчас – не люблю» появилась в жизни юной пары. Позже в тот вечер Рид еще раз попросил Патрицию выйти за него замуж. Сделав небольшие порезы на запястьях, они объединили капли своей крови. В ту ночь Патриция заснула счастливой рядом со своим женихом, но проснулась испуганной и в слезах.
Она видела ужасный сон – из тех, что будут посещать ее снова и снова, – в нем Рид оказывался в беде, а люди, говорившие на языке, которого она не понимала, преследовали его. Она пыталась его спрятать, но люди находили его и утаскивали прочь. Когда Рид появлялся опять, он находился под водой и протягивал к ней руки. Дул ветер, и Патриция видела себя уже старухой. Возникал призрак Рида, который велел ей встретиться с ним под яблоней. Сцена снова менялась, и Патриция оказывалась на покрытом травой холме, вокруг были цветы, а у подножия холма росла огромная яблоня. Под ней стоял Рид, абсолютно живой, жестами призывающий ее к себе.
Всхлипывая, Патриция пересказала сон Риду. Он обнял ее, погладил волосы и прошептал, что все в порядке. Сон превратился в ритуал. Когда бы супруги ни расставались, или даже просто перед сном, они говорили друг другу: «Увидимся под яблоней».(94)
Долгие помолвки были не для них, и 23 марта 1964 года Дин Рид женился на Патриции Хоббз. Днем раньше, в качестве предсвадебного развлечения, Рид скакал верхом на полудикой лошади на родео в Мехико, частично – чтобы произвести впечатление на тещу.(95)
