— Всё нормально, — Качнул головой Оружейник, а затем он нарочито отчеканил, чётко и ясно: — Мисс Милиция. Мы сейчас в костюмах. Когда ты стала так разборчива в том, каким правилам следовать, а каким нет?
— Может, в тот момент, когда мой начальник заявился на работу едва стоящий на ногах? — Женщина лукаво изогнула бровь, Колин не сомневался – её цветастая маска скрывает улыбку.
— Это было лишь один раз, — Отмахнулся мужчина, — И я за это уже получил лекцию от Пиггот. Скорость докладывал? Происшествия были?
— Докладывал, — Кивнула женщина. — На нашей стороне всё тихо. Никаких попыток прорыва.
Женщина задрала голову вверх, вглядываясь в ночное небо, будто искала звезды, скрытые за сплошным ковром низких туч. — В этом городе никогда не было так тихо в этот час. Будет дождь.
— Тучи обойдут нас с запада, — Произнес Колин, бросив взгляд на небо. — Обогнут, не затронув город. А тишина эта обманчива. Ты сама видела, сколько солдат сейчас внутри периметра. И сколько ещё их там, в городе.
— Видела, — Эхом отозвалась женщина. — Может так правильно? Может быть, так и надо было… с самого начала?
— Может, всё может… — Вздохнул Колин, сгорбившись внутри своей брони. — Но мы не можем. Думаю, мир скоро изменится. Если Броктон-бей станет очередным успехом Смита, то люди могут задуматься, а нужны ли им герои.
— Вряд ли… — Качнула головой Ханна. — Пока живы Губители герои будут нужны.
— Возможно, но этого не скажешь о злодеях. Те рано или поздно почувствуют угрозу и тогда может произойти что-то пострашнее Губителей. Если они поймут, что старые правила не работают… если узнают, что их начали в тихую вырезать одного за другим…
— Они не узнают, если только мы не расскажем. — Ханна кивнула в сторону домов, за которыми ждут военные ждут сигнала к атаке. — Они правильно сделали, когда отрезали город от сети, и я ставлю годовое жалованье, что ни одна газета, ни один новостной канал словом не обмолвится о том, что банды одного северного городка в одночасье перестали существовать. А те, что рискнут… — женщина пожала плечами, — …тоже исчезнут. И знаешь, если у них всё выгорит… я, наверное, не скажу ни одного плохого слова на эту тему.
— Раньше ты была добрее, и твёрже в убеждениях, особенно в тех, которые касаются законности и правомерности. — Заметил Колин, скосив взгляд на женщину. — Что изменилось?
— Я сама изменилась. Просто ты ничего не желал видеть помимо своих игрушек. — Ханна развела руками в стороны, будто пытаясь охватить что-то невидимое. — Этот город… он будто был создан, чтобы разбивать иллюзии в прах. Было только делом времени, когда сказочный мирок, созданный в сознании малолетней беженки из ближнего востока, рухнет под весом реальности. Этот человек, он просто доломал фундамент сказки, и я даже рада, что это сделал агент правительства, а не кто-то другой. Так остается надежда, что та Америка, в которую я верила, всё-таки где-то есть, просто она вынужденно приняла другую форму, лишенную моих детских представлений о мире. Жаль только, что он походя растоптал мою веру в демократию…
Колин промолчал, не зная, что тут можно сказать.
Ханна между тем продолжила:
— А я - дурочка, думала, это ты спятил, когда хотел использовать Куклу как наживку для убийцы. Не знала, что дело вовсе не в тебе. Не понимала, что это я - не такая. А мир, мир он как ты, немножко безумен и беспощаден, когда хочет этого.
— Мне жаль, — Произнес Колин, глядя перед собой.
— Жаль? — Ханна повернулась к нему и заглянула в глаза. — О чём? Не нужно жалеть меня Колин, со мной ничего не случилось, всего-лишь пострадали мои убеждения. Я просто-напросто больше не верю в Санта Клауса. — Ханна улыбнулась, тряхнув головой, — наверное, придется сменить стиль. Американский флаг, всё, что он воплощал для меня… и раньше было нелегко оправдывать для себя беззаконие и прочие попустительства, что творятся в этом городе. Но теперь, увидев методы правительства…
Ханна издала тяжкий вздох.
— Разочарована? — Спросил Колин к своему удивлению, почувствовав неподдельное соучастие к мнимой проблеме подруги.
— Да, наверное, это можно и так описать. — Ханна пожала плечами.
— Это пройдёт, — Тихо произнес Колин. — Ты обязательно найдешь для себя новый ориентир, новую цель. И они будут лучше прежних. Ближе и ясней.
Ханна бросила на него удивленный взгляд, издав короткое «надеюсь». На её языке вертелись комментарии по поводу необычно глубоких мыслей командира, но она решила придержать их за зубами, не став портить момент.
