Фрэнсис – круглая отличница и староста школы. У нее в жизни есть одна-единственная мечта – поступить в Кембридж. Но помимо учебников и списков литературы она втайне обожает «Город Юниверс», фантастический подкаст, который ведет некий человек по имени Радио. Фрэнсис одна из главных его поклонниц и играет далеко не последнюю роль в фандоме: она рисует арты и скетчи. Однажды в личку ей падает сообщение от… Радио, который просит Фрэнсис рисовать для подкаста. С этой самой минуты жизнь Фрэнсис переворачивается с ног на голову.
RADIO SILENCE
by Alice Oseman
© Екатерина Колябина, перевод на русский язык, 2021
© Издание на русском языке, оформление. Popcorn Books, 2021
Copyright © Alice Oseman 2016
Школа – отстой.
Зачем, ну зачем нужна работа? Я просто… просто не понимаю.
М-м…
Посмотрите на меня. Посмотрите мне в лицо.
Думаете, мне есть дело до школы?
Нет.
ГОРОД ЮНИВЕРС: Эп. 1 – темно-синий
UniverseCity 109 982 просмотра
Я в ловушке. Не могу выбраться из города Юниверс. Помогите.
Листайте вниз, чтобы увидеть расшифровку записи >>>
Привет.
Надеюсь, меня кто-нибудь слышит.
Я передаю сигнал по радиоволнам – знаю, так уже давно никто не делает, но, возможно, это один из последних способов связи, который Город забыл взять под контроль, – в горькой и отчаянной надежде, что кто-нибудь мне поможет.
В Городе Юниверс все не то, чем кажется.
Я не могу сказать, кто я. Поэтому, пожалуйста, зовите меня… зовите меня Радио. Радио Молчание. В конце концов, я всего лишь голос на радиоволне, и не исключено, что меня никто не слышит.
Интересно, если меня никто не слышит, издаю ли я хоть какой-то звук?
[…]
– Слышишь? – Кэрис Ласт остановилась так резко, что я чуть в нее не врезалась. Мы стояли на перроне, нам было пятнадцать лет, и мы были друзьями.
– Что? – переспросила я, потому что не слышала ничего, кроме музыки, игравшей в одном наушнике. Кажется, это были
Кэрис рассмеялась, а такое случалось нечасто.
– Ты включаешь музыку слишком громко, – сказала она, подцепила шнур и вытащила наушник у меня из уха. – А теперь?
Я до сих пор помню все, что услышала в тот миг. Громыхание состава, который привез нас на станцию и направлялся дальше в город. Как контролер объяснял старику, что высокоскоростной поезд до Сент-Панкраса отменили из-за снегопада. Я слышала гул машин вдалеке, ветер у нас над головой, шум воды в станционном туалете, объявление «Поезд до Рамсгита прибывает на первую платформу в восемь часов две минуты», скрежет лопаты, убирающей снег, пожарные сирены, голос Кэрис и…
Пожар.
Мы обернулись и посмотрели на заснеженный и притихший город. Обычно с перрона можно было увидеть нашу школу, но сегодня ее заслоняла плотная дымовая завеса.
– Почему мы не заметили дым, когда ехали в поезде? – спросила Кэрис.
– Я спала.
– Но я-то нет.
– Наверное, внимания не обратила.
– Что ж, полагаю, наша школа сгорела, – сказала она и опустилась на скамейку. – Заветное желание семилетней Кэрис наконец-то исполнилось.
Я еще несколько секунд посмотрела на дым, потом присоединилась к ней.
– Думаешь, это работа тех пранкеров? – спросила я, имея в виду анонимных блогеров, которые весь последний месяц без устали атаковали школу.
Кэрис пожала плечами.
– Теперь-то какая разница? Дело сделано.
– Разница есть. – Кажется, именно в эту секунду до меня дошло, что случилось. – Похоже, все очень серьезно. Нам придется куда-то переводиться. От корпусов C и D… ничего не осталось. – Я смяла пальцами подол юбки. – А в корпусе D был мой шкафчик. Я хранила там альбом с набросками для экзамена. Я столько времени потратила на них!
– Вот дерьмо.
Меня пробрала нервная дрожь.
– Не понимаю, зачем они это сделали. Столько работ уничтожили… Взяли и испортили людям оценки и аттестаты, а ведь это напрямую влияет на наше будущее. Они людям жизнь разрушили.
Кэрис обдумала мои слова, открыла рот, чтобы ответить, но так ничего и не сказала.
– Мы заботимся о счастье наших учеников и о том, чтобы они достигли успеха, – заявила наша директриса доктор Афолаян, обращаясь к четыремстам старшеклассникам и их родителям, которые пришли на родительское собрание. Мне было семнадцать. В прошлом году меня избрали старостой, и я сидела в глубине сцены, зная, что через две минуты наступит моя очередь говорить. Речь я не готовила, но ничуть не переживала по этому поводу. Напротив, я была очень довольна собой.
