Эта история началась с того, что из рентгеновского кабинета Центральной городской больницы было похищено два амперметра. Точно такая же кража, таких же амперметров была произведена из лаборатории отдела точной механики завода «Красный химик». Спустя некоторое время они самым странным образом возвратились на место, но поменялись местами. В это же время из мертвецкой городской больницы исчезает труп старика, который спустя некоторое время в живом состоянии и голом виде появляется рядом с домом бывшего работника упомянутого завода. Лавина странных событий нарастает… Первая публикация романа состоялась в 1927 году в «Рабочей газете».
Поздним осенним вечером в докторском кабинете Центральной городской больницы сидели три человека. Большая лампа освещала бледное лицо и белый халат доктора Таха.
Tax задумчиво курил тоненькую папироску и тихим голосом отвечал на вопросы, которые ему задавал чернобровый и жестковолосый инспектор уголовного розыска. Третий человек примостился у края письменного стола и, согнувшись, старательно стенографировал разговор.
- Должен сознаться вам, доктор Tax, что сейчас личный осмотр рентгеновского кабинета, которым вы изволите владеть, дал мне очень мало. Единственно, что можно пока сказать, это - дело умелых и привычных рук.
- Да… Украденные миллиамперметры вывинчены даже слишком умело. Все провода разъединены. Иначе было бы короткое замыкание.
- Кто имеет доступ в рентгеновский кабинет, кроме вас, доктор?
- Помощница - врач Людмила Федоровна и кабинетная няня. Обе они вне подозрений. Кроме того, в последнее время они бывали там только на моих глазах. Разумеется, в приемные часы в кабинете бывают больные, которых мы просвечиваем и делаем снимки по запискам ординаторов. В остальное время кабинет заперт, и ключ у меня в кармане, как, например, сейчас…
- Где дожидаются больные очереди?
- В вестибюле. Из него три входа, кроме палатного коридора и наружу: сюда, в докторскую, в рентген и в приемный покой.
- Ваша няня показала, что вы, доктор, часто долго оставались в кабинете один. Не было ли возможным, что вы в тот вечер отлучились на минуту?
- И оставил дверь незапертой? Повторяю: с вечера все было на месте, а утром я отпер дверь и обнаружил хаос и пропажу.
- Замок был цел?
- Он у меня особой системы, моей собственной. Винтообразный нарезной ключ… Подобрать его, я думаю, невозможно. Проникновение вора через окно исключено: окна у меня в кабинете изнутри забиты досками и войлоком, а снаружи - решетки. Ведь здание больницы очень старинное… Это - бывший дворец князей Щеповских.
- Мы думали об этом. Стены, пол и потолок не дают указаний на существование потайного хода… Отверстие вентилятора невелико. Через него может пробраться в лучшем случае котенок.
Инспектор добавил вопрос:
- Скажите, доктор, в день кражи, две недели назад, когда именно вы ушли окончательно из рентгеновского кабинета?
- Около часа ночи.
- Что вы там делали до такого позднего времени?
Тах кончил курить и потянулся с окурком к пепельнице. Ответил не сразу:
- Занимался. - Он еле заметно двигал своими бровями.
- Превосходно. Итак, если я правильно представляю то, что произошло, предварительные обстоятельства рисуются в таком виде: вы занимались в рентгене приблизительно до часа ночи. После занятий вы зашли сюда, вот в эту докторскую комнату, попрощались с дежурным врачом, который должен был остаться дежурить на ночь, с товарищем Рудаковым? Он показывает, что не слышал ничего подозрительного. За его дежурство в палатах было все спокойно. В приемный же покой были доставлены: одна отравившаяся женщина, гражданка Семенова (отравилась из ревности: брошена мужем с тремя детьми), и старик в бессознательном состоянии… Больше ничего?
Tax кивнул головой.
- Ровно ничего. У Рудакова было на редкость спокойное дежурство.
Инспектор будто улыбнулся кончиками бровей.
- Гражданка Семенова помещена в палату N 4. Старик пришел в себя, полежал в приемном покое на кушетке, поблагодарил товарища Рудакова и отправился домой около четырех часов ночи. По справкам оказалось: старик этот - Егор Картузов, 60 лет, безработный, нищенствует, Глиняная улица…
- Совершенно верно.
И внезапный пристальный взгляд из-под жестких бровей - прямо в бледное лицо Таха.
- Почему вы так хлопочете о розыске этих двух миллиамперметров? Вы даже использовали кой-какие ваши личные знакомства в нашей «секретке», чтобы поднажать на следовательскую часть… Будем откровенны, доктор… Ну, украли два миллиамперметра… Правда, цена им до революции была по тридцати рублей, теперь вы их оцениваете в тридцать червонцев. Эти вещицы у нас дороги, ведь мы еще в фактическом окружении иностранного капитала… Но собственно, в чем дело? Здравотдел должен отпустить вам деньги на покупку новых… потому что без рентгена тормозится вся больничная работа. Ясно?
Tax попробовал улыбнуться, но это у него не вышло.
- Ясно-то ясно… Но попробуйте, выцарапайте у нашего здрава денежки. Три пары калош износишь… Да и то не добьешься. Кроме того… - Tax запнулся и не договорил.
Инспектор выпрямился на стуле.
- Кроме того… разрешите, я докончу за вас? Отсутствие украденных миллиамперметров существенно тормозят вашу работу?
Tax нахмурился и оглянулся назад, на плотно прикрытую дверь, словно боялся, чтобы его не подслушали. Он шепотом спросил инспектора:
- На что вы намекаете? Откуда вы знаете о моей работе?
Черные брови на лице инспектора разгладились, пытливые глаза посмотрели на Таха дружески.
