Бой длился уже минуты три. Спецназовцы, завороженные этой мощью, не шевелились. Они даже не сразу заметили шум вертолета. Но когда поняли, было поздно, вертолет уже вылетел из ангара и начал набирать высоту. Они уже ничего не могли сделать, корпус был бронированным, их оружие не могло его пробить. Один из противников сумел улететь, бросив напарника. Хотя им и рассказывали, что все перехватчики индивидуалисты, но такого они не ожидали.
Петр сопротивлялся ярости, которая словно расплавленный метал, обжигала его изнутри. На мгновение он сумел выплыть из этого тягучего океана раскаляемого ненавистью к убийцам.
Едва уловив расслабление в зеленоглазом, «Цанг» атаковал, лишь мгновение спустя, он осознал ошибочность своей атаки. Но было поздно.
Снаружи он ощутил сильный удар по голове, сознание сместилось в «сумеречную» зону и океан поглотил его. Стало тепло, уютно и спокойно. Все мысли остановились. Лишь тело продолжало что-то делать.
Едва его удар достиг виска противника, как небо и земля поменялись местами. Тело, получив огромное ускорении, летело над бетонным покрытием… А в голове происходил странный монолог:
— Ну все, доигрался.
— Неужели, для него, этот человек был так ценен.
— Но чем?
— Он же был простым бойцом, даже не входил в нашу элиту… Он не был перехватчиком.
— Да какая это элита, если меня сейчас уделывает этот сопляк, да у него и боевого опыта то нету.
— Он же забыл себя и все, просто превратился в зверя. Жаждущего только одного — сеять разрушение и смерть…
— Нет, все не может так просто закончится. Я его одолею. Убью и его, и этих мух-спецназовцев. Я сильнее…
В воздухе, он сумел сориентироваться и перевернуться, хоть и прокатился вновь кубарем, но не получил серьезных травм.
— Эй, а ты силен. Но я тебя сделаю. Ты, всего лишь жалкое насекомое по сравнению со мной. Ты слышишь меня.
Едва он произнес эти слова, дьявольские глаза противника прочертили зигзагообразную линию и застыли в нескольких сантиметрах от него. Волей не волей он нервно сглотнул. И едва попытался сказать следующую фразу, как его сбило звуковой волной, состоящей из дикой смеси звуков похожих на скрежет разрываемого металла, дробящихся камней и хруста стекла. Из всей этой какофонии звуков, он смог разобрать.
— Ты, жалкий червь, смеешь говорить будто я жалкий? Посмотри на себя, в тебе жизни ровно на один удар и это тело выдержит его. В то время как твоё, обратится в прах. А этому, предстоит ещё многое. Есть последнее желание?
«Цанг» нервно сглотнул.
— Все с тобой ясно, обычная посредственность, даже боевой дух пропал. Слабак.
Едва эта фраза прозвучала, он атаковал Петра, в это мгновение, Для «Цанга» все было кончено. Он уже ничего не видел, сознание покинуло мертвое тело до того, как оно коснулось земли.
Петр стоял ещё мгновение, а затем, когда издав дикий, полный ярости и боли крик упал навзничь. В ту же секунду, как тело Петра коснулось земли, от него во все стороны брызнуло пламя, словно волна от упавшего в воду камня. В радиусе нескольких метров от него, все обратилось в прах. Все, кроме тела «Цанга». Когда спецназовцы подбежали к Петру, его пульс еле прощупывался. Половину бойцов вырвало. Ещё бы, от макушки до промежности, тянулись пять обугленных и глубоких борозд, словно пять раскаленных до белого цвета крюков, на огромной скорости прошлись по прямой.
Тьма отступила, Петр уже был в сознании когда его грузили в машину. Но сил не было, все тело разрывало болью, но он был доволен, так как из отступающей тьмы он услышал: — «Один из убийц твоего учителя мертв, один остался. Если выживешь, то сумеешь его найти и помни, человек из снов — придет за тобой». Сознание вновь покидало его тело, но уже не было никакой ярости. Теперь ему было легче.
Некто смотрел в хрустальный шар и говорил с одним из подчиненных:
— Ну что ж, он убил «Цанга».
— Ну и что, все равно он был жалким бойцом. Что мне делать с Джеем?
— Отправь его к своему тренеру, в Тибет. Может после этого, он хоть на что то сгодится мне.
— Как скажете.
— А что вы прикажете мне?
— Следи за командой и этим, Виктором Федоровичем. Они мне потребуются скоро.
— Поделитесь планом?
— Конечно мой дорогой Вульф, конечно.
— Как я догадываюсь это связано с Игрой?
— Да, скоро начнется Шабаш Вечных. И сила, скрытая в этом Гривове, потребуется мне. Ты все хорошо понял?
— Да. Да здравствуют Вечные.
— И да хранят они Великий Путь.
