Раднесь(СИ) полностью

Цепи и железо слуги царские обрушили на защитников старой веры, на двуперстное знамение без разбора чинов и званий. Пытать упрямцев, - кричали попы с амвона, - на дыбу их и главы лишать! - лютовали царские лизоблюды.

Возопили непослушные, целовать стали древние иконы заступницы Девы Марии. Началась на Руси смута превеликая. Брат на брата стенкой пошел, а жирные попы только руки от радости потирают. Торжествует Диавол - поубавится на Руси христиан! Раскололась вера. Староверы, соблюдая заповеди Христа, отступили перед лжепатриархом Никоном и сорвались с родовых гнезд подальше от разбоя, навстречу утреннему солнцу. Двинулись обозы преданных Иисусу рабов божьих.

Скоро ли, долго ли, подъехали беженцы к белокаменному Казанскому кремлю с великолепной башней татарской шахини. Хитрый хан Казанского ханства не пустил просящих защиты в ворота крепости, но обещал подмогу, разрешив постой на ханских землях. Стали раскольники обживать новые земли вокруг Казани, соблюдая свои обычаи и нравы.

Как бы то ни было, но дорого обошлось татарское гостеприимство беглым русичам. Молодые шайтаны, потешаясь, насильничали русоголовых молодок. Началось великое кровосмешение. Татарчёнки стали появляться в раскольничьих семьях. Диавол не оставлял в покое страдальцев за истинную веру.

Опять нашептали Грозному царю о кознях Казанского хана: о дерзких набегах на Русские земли, об укрывательстве раскольников, о хвастовстве победить Русского царя. Не стерпел Грозный царь постыдной хулы и решил прогнать прочь наследие Мамая с исконно Русских земель. Подошли несметные царские ратники к белокаменным стенам. Впереди Илья Муромец с дружиной богатырей - началась великая сеча. Не устояли басурмане.

И опять тронулись изгнанники прочь. Упрямые двоеперстники со скарбом, скотом, женами и малыми детишками опять потащились навстречу утреннему солнцу, к богу, к свободе - подальше от Грозного царя. Потянулись обозы через нехоженые леса и болота, через реки и протоки, сопровождаемые воем несметных волчьих стай, мимо гиблых болот с разными гадами и вороньем. Путь страдальцев отмечался свежими могильными холмиками страдальцев за веру.

Шли они долго, обдуваемые свирепыми ветрами и снежными бурями. Наконец, дошли до светлой и быстрой речушки, прозванной Сылва, что у града теперешнего Кунгура. Переправились на другой берег и встали табором у высочайшей горы. Пока отдыхали мужики, шустрая малышня нашла щель под горой, и разнеслась молва до изможденных отцов и дедов о несметных богатствах, хранимых в горе. Ахнули староверы, увидев в свете факелов бриллианты на стенах и сводах пещеры. Начали сгребать цветастые и сверкающие бриллианты деревянными лопатами в мешки, вытряхивая из них жалкий скарб.

Богатства-то сколько! На всех хватит. Но тут налетели подземные хранители пещёр - летучие химеры. Долго отбивались мужики от "исчадий ада". Ночью весь стан храпел и стонал от усталости. До полудня спали счастливые переселенцы.

Припекло солнце-ярило, и из мешков с бриллиантами потекли ручьи, как слезы младенцев. Мужики не верили своим глазам: ночные сверкающие сокровища исчезали на глазах. За какие грехи посылал Господь им такие испытания?

И опять скрипят колеса, плачут малые дети. Все выше поднимаются люди. Впереди седые горы Урала - великана в сиреневой дымке.

И настал тот день, когда взору изможденных страдальцев за веру, увиделось зеленое море-океан необозримых просторов тайги. И пали все на колени, подняв руки к Господу Богу, целовали землю и плакали от счастья. Вот она наша обетованная земля! Пронесли все испытания на костях, сохранив образ святой божьей матери - древнюю икону, которую собственноручно окрестили казанской, а хранителей ее прозвали "Казанцевыми".

Вот почему мы, русичи, прозываемся Казанцевыми.

Передохнув, разделился обоз - одни стали спускаться с хребта к речке Пелым, а другие поехали вдоль гор на юг.

Детвора больше любила сказки деда Архипа из жизни лесных зверей, с которыми общался дед на пасеке. Дед учил детей разговаривать с ними и рассказывал им о целебных травах.