— Катрин! — Орианна с обидой посмотрела на подругу. — Я не хочу этого больше слышать. — Подкатила вешалку к себе. — Пожалуй, приступим. — Сняла платье полуприталенного силуэта и долго разглядывала его со всех сторон, кивнула каким-то своим мыслям и передала Катрин: — Возьми это и вот это, и, пожалуй, ещё это. Потом решим, что лучше сидит и изящнее смотрится.
Катрин продолжала мерить платье за платьем и рассказывать, как она умудрилась стать сопровождающей для Максима Бигара. А Орианна сидела в кресле и потягивала чай. Она расстроилась, когда речь зашла о гениальном дизайнере.
— Знаешь, я могу попросить мужа узнать всю подноготную этого Делавиня. У всех есть свои тайны.
— Не нужно! Я всё равно не смогу этим воспользоваться.
— А зря. У Бернара огромные связи. Не отказывайся! Кстати, тебе нужно будет сделать соответствующую причёску и макияж. — И решила сразу пояснить: — Это ничего не будет тебе стоить. Мы с девочками уже давно дружим. Я вчера обзвонила их и представила тебя подругой детства. Они сами предложили помощь. Ты уж извини, но мне пришлось им рассказать, кто пригласил тебя на эту выставку, куда можно попасть только по пригласительным билетам. У всех тут же появился азарт. Каждый хочет стать немного причастным к такому событию, как покорение сердца самого завидного жениха года. Так что на завтра ты записана в самые лучшие салоны.
— Орианна, — голос Катрин прозвучал как-то странно. — Кажется, это оно. — Отодвинула занавеску и вышла. — Посмотри. Как тебе?
Платье смотрелось немного не по размеру, но за счёт свободного кроя достигался эффект стройности. И, что ни говори, корректирующее бельё сделало своё дело.
— Выглядишь просто шикарно!
— Спасибо, дорогая. — Катрин смотрела на себя в зеркало и не узнавала. "Нет, это точно не я!" А вслух спросила: — Я не расслышала: что ты говорила про "жениха года"?
— Да ничего. Забудь.
— А можно, я кое-что спрошу?
— Спрашивай. — Хозяйка подозвала Милен к себе и быстро отдала ей распоряжение.
— Для начала хочу сказать: ты была права, что настояла на корректирующем белье. — Встретилась взглядом с подругой через зеркало. — Я теперь и сама вижу это. — Сморщила носик и покраснела: — Но скажи, пожалуйста, что я буду делать, если захочу в туалет? Каждый раз снимать с себя платье и эту дудку. Или стараться вообще не ходить?
— А-ха-ха, — Орианна не могла ничего выговорить, её огромный живот ходил ходуном, а по щекам текли слёзы. — Так это же… — кое-как отсмеявшись, решила просветить подругу, — для таких целей там предусмотрены крючки, они совершенно незаметны, но они точно есть. — Глазами показала вниз. — Там, в самом низу.
— Да ты что! — Катрин бросилась в раздевалку. — Точно, есть! Фух!
— Выходи давай. Тебе туфли принесли и накидку. Посмотрим, как всё вместе смотрится. И ещё… За тобой заедут или тебе придётся самой добираться?
— Заедут. — Катрин вышла из примерочной. — Орианна, я так тебе благодарна! Ты и так много для меня сделала. Прошу тебя, больше ничего не надо.
— Ты хочешь, чтобы я обиделась? — хозяйка надула и без того пухлые губы.
— Нет конечно!
— Тогда надевай туфли и накидку. Не лишай будущую многодетную мать удовольствия заниматься любимым делом. Просто потом расскажешь, как всё прошло. Особенно сильно меня интересует выражение лица мсьё Бигара, когда он тебя увидит.
— Могу сразу тебе его показать. — Вздёрнула подбородок и поджала губы, надменно сверху вниз взглянула на подругу. — И хватит уже ржать! У тебя сейчас начнутся преждевременные роды.
— У-ху-ху, — Орианна откинулась на спинку кресла и ласково погладила живот. — Он ведь именно так и выглядит на всех фотографиях в новомодных журналах. А они, как правило, врут даже в изображениях.
— Он так выглядит и в жизни, — тихо произнесла Катрин, рассчитывая, что её не услышат; но Ориана перестала улыбаться и внимательно посмотрела на подругу. — Нисколько не врут, поверь мне.
Катрин уже несколько минут стояла перед зеркалом. Она поворачивала голову то влево, то вправо, принималась разглядывать сложную конструкцию на затылке через второе зеркало. Стилист выполнил “французский твист” в очень необычном варианте: часть волос перекинул на одну сторону и уложил волнами, имитируя чёлку, а на затылке собрал их прядями в ракушку, выпуская с левой стороны пару локонов.
— Кто же ты такая? — тихо спросила она у своего изображения. — Я не знаю тебя!
Приблизила лицо к зеркалу и прикрыла левый глаз, то же самое проделала с правым. Чуть отодвинулась и хитро прищурилась. Очень лёгкий макияж: едва заметные светло — коричневые тени, тушь, губы накрашены матовой помадой натурального цвета. Завела за ухо локон, выбившийся из причёски. Приподняла одну бровь, другую. Над ними, кстати, стилист не меньше поработал, чем над волосами.
— Да. Красота — это страшная сила! — повторила она всем известную фразу.
Зазвонил телефон. Катрин прошла к столу и ответила на вызов.
— Алло. Выхожу.
