– Ага, сейчас, – нахмурилась она. – Знаю я эти звезды. Не пойду.
– Ты боишься меня? – спросил он, вмиг опечалившись.
– Не боюсь, но и в лес с тобой не пойду. У тебя на лице все написано, да так, что не пойду и все!
– Жаль, – вздохнул он опечаленно. – Девки ко мне часто ходили за помощью в этом деле.
– В смысле, за помощью? – опешила Саша. – Это в вашем царстве так называется? И много девок этих было у тебя?
– Не считал я.
– Бабник!
– Бабник – это кто? – поднял он брови.
– Это тот, у которого много баб было.
– И не бабник я вовсе. Просто закон в нашем царстве есть. Какая девица или баба не может понести ребеночка, то может обратиться к любому молодцу за помощью. И он обязан помочь ей. И любовь тут ни при чем.
– И что, все мужики в вашем царстве этим промышляют?
– Не все, только необрученные да кто хочет.
– Вот это закон! – опешила Саша. – Даже страшно.
– Да хороший закон. Что ж один раз не помочь? Не жалко мне. И ей радость, что дитятя у нее будет. Просто девицы да бабы многие именно меня просили, потому что у меня семя хорошее. От него здоровые детки рождаются. Мальчики в основном, в богатырей вырастают.
– О, как интересно! – произнесла Саша. – И удовольствие получил, да еще и дружину царскую заодно себе настрогал.
– И не думал я о том. Девкам помочь хотел, и все.
– Я так и поняла.
– Ты что, поссориться со мной надумала? Только между нами все ладно стало, так нет, глупости какие-то выдумываешь, – надулся он.
– В лес с тобой не пойду, понял? – выпалила она и, вырвав свою руку из его ладони, вернулась ко всем, бубня себе под нос: – Вот бабник, а еще и правым себя считает.
На ночь все улеглись на умело сложенных подстилках из хвороста. От громадных тлеющих угольных камней шло такое тепло по всей поляне, что снег на ней давно растаял и воздух был теплый. Все улеглись спать, чуть прикрывшись своей верхней одеждой. Глубоко за полночь Саша проснулась оттого, что кто-то нечаянно задел ее за ногу. Вмиг открыв глаза, девушка увидела на поляне некую девицу в темных сверкающих одеждах, черноволосую, с белым лицом и синими губами. Девица осторожно и тихо ходила между спящими и что-то искала. В тот миг она наклонилась к походной сумке Колядара, а потом быстро выпрямилась.
– Эй! Ты кто?! – вскрикнула Саша громко, обращаясь к девице и садясь на хворосте. Ее крик тут же разбудил всех, и они, проснувшись, повскакивали с мест.
Девица медленно обернулась к Саше, и девушка отметила, как черный ледяной взор темноволосой девицы прямо пронзил ее сердце. Пришедшая была невозможно юна и прекрасна, но ее красота была словно не живая, а замороженная, а ее взор был прекрасно жутким и совсем недобрым.
– Что раскричалась, как ворона? – низким голосом пропела черноволосая девица.
Спустя миг все пришли в себя, и Велес устремился к темноволосой девице. Но она, замерев на середине поляны, остановила его жестом руки, чтобы он не приближался.
– Мара, это ты? – удивился Велес, останавливаясь в пяти шагах от нее. – Как же тебя Карачун из темницы выпустил?
– А я и не была в темнице у него. Мы с ним все полюбовно решили, – ответила черноокая красавица.
– Полюбовно? – удивился Велес. – Разве можно с ним полюбовно?
– Да, но только не всем, – улыбнулась она холодной улыбкой. – У нас с ним все и сладилось. Уж такой он суровый, властный и видный мужчина, что я не сдержалась и его женой и стала.
– Как женой? – пролепетал Велес обескураженно. – А как же я? Я же за тобой шел, чтобы освободить тебя и чтобы мы навек вместе были.
– Навек с медведем? – усмехнулась Мара, отправляя свои жемчужные длинные нити, свисающие с ее серебряной короны, которая украшала ее хорошенькую головку. – Благодарствую! Не для такого меня батюшка мой растил да лелеял. Еще я с живностью всякой не жила!
– А он не всегда медведь, иногда и человек, – попытался вмешаться Колядар, тоже хмурый от слов Мары, понимая, что она теперь, скорее всего, на стороне их врага, а они так надеялись освободить ее и отдать ей руну, чтобы и она в помощь им была.
– И когда я медведь, я несильно буйный, – печально произнес Велес.
– Вы послушайте себя! – воскликнула Мара, топнув ножкой в белом сапоге. – Сами поди не стали ли бы с хромой и убогой женой жить?! Вам ведь красавицу подавай, да еще и умную да смышленую. А если не хороша девица, так пусть бобылихой и живет всю жизнь.
– Не верно это! – возмутился Велес.
– Все верно она говорит, – тихо вдруг сказала Саша. – Видать, она тоже в моей шкуре побывала. Все вы мужики такие!
– Ты-то чего лезешь? И обо всех-то откуда знаешь? – огрызнулся Колядар на Сашу. – Что, со всеми мужиками попробовала?
– Еще чего! Что значит со всеми?! – возмутилась она.
– Оскорбилась? – хмуро усмехнулся Колядар. – Тогда, знать, не пробовала со всеми, но зато свои умозаключения выдвигаешь, глупая. И, вообще, помолчи, пусть они сами все выяснят.
