— Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Если ты согласна, я не стану этого откладывать. Я знаю загс, где нас распишут прямо сегодня. И мы обвенчаемся в церкви. Я все это время думал о тебе. Я еще в Испании понял, что со мной что-то не так. Поэтому и сбежал. Я обещаю сделать тебя счастливой.
— Ты…
— У меня нет детей, жен, я не скрываюсь от алиментов. У меня высокая зарплата, говорят, что я не жадина и вроде бы неплох в постели. Что еще? Да, мне кажется, я тебя люблю. Это все.
Вика не страдала излишней сентиментальностью. Она почти не знала, как это — по-женски всплакнуть. Но в последнее время она с трудом сдерживала слезы. А тут не выдержала, и слезы потекли по ее щекам. Леха, глядя на нее, подумал, что только сейчас ему ответила согласием самая прекрасная женщина на земле.
Лидия Максимовна приоткрыла дверь и немедленно ее захлопнула.
Они целовались… Уже больше десяти минут. А это неспроста. Алексей Игоревич так себя не вел никогда. И если разобраться, то эта кобылка очень даже неплоха. И она не кобылка вовсе. А весьма милая молодая женщина.
Господи, как она влепила ему! Алексею Игоревичу… Видать, было за что.
И потом пора, ему тридцать семь лет, сколько можно в бобылях-то ходить?
— Ну можно, что ли, пройти? — произнес кто-то.
— Нельзя, — строго ответила Лидия Максимовна.
— Да что там происходит?!
— Когда надо будет знать, тогда и узнаешь.
Они вернулись в зал заседаний. С обоими что-то случилось.
— Мы не подписываем этот договор, — произнес Алексей Игоревич.
Андрей в упор посмотрел на него, потом на Вику. Что-то произошло? Что-то сорвалось? Оба были похожи на лунатиков.
— Готовьте другие документы, — произнес Алексей Игоревич. — О слиянии компаний…
— Засранец, — прошипела Вика, — ты у меня хоть спросил?
— По законодательству имущество супругов принадлежит им в равных долях. — Леха тихо рассмеялся. — А жена вообще должна следовать за своим мужем, и все такое, — добавил он. Она тоже смеялась.
Что происходит? Они действительно походили на двух лунатиков.
— Все понятно? — спросил Алексей Игоревич. — Надо подготовить документы о слиянии. Да, еще. Мы решили пожениться.
Наступила гробовая тишина.
— Вы удивлены? — спросил Алексей Игоревич. — Мы решили, что это самый эффективный способ нашего взаимодействия. Заканчивайте дела без нас.
Паузу нарушил Виноградов. Он начал хлопать в ладоши. Через несколько секунд аплодисменты и поздравления неслись со всех сторон.
Они действительно взяли очень большую скорость, эти беспечные ездоки.
Так или иначе, в деловом мире Москвы появилась самая красивая и самая влюбленная пара. Через несколько месяцев Алексей ввел Вику в совет директоров «Континента».
— Когда Александр Македонский был ребенком, подростком, отец подарил ему на день рождения великолепного коня, — объяснил Леха свое решение. — Укротить его никто не мог. Именинник смог. «Македония для тебя слишком мала», — с грустью сказал папа, царь Филипп.
— Что ты хочешь сказать? — спросила Вика.
— Пора тебе выходить на более широкий оперативный простор. Я ввел тебя в совет директоров. Кстати, коня звали Буцефал.
Виноградов и еще несколько человек были против, однако они признали компетентность Вики и ее умение очень быстро обучаться.
А потом у Вики начались самые чудесные изменения, которые могут произойти в жизни женщины, — она была беременна.
— Решили завести ребенка? — как-то поинтересовался Андрей. И, помедлив, добавил: — Это так чудесно.
— Полагаю, что двух, — улыбнулась Вика.
— Станешь кормящей Мадонной?
— Все же ты у меня балда.
— Как же с американским путем? До тридцати пяти лет карьера, а только потом — дети. Сама мне говорила. Как же с американцами?
— Пошли они к черту!
Ровно через девять месяцев после свадьбы, и это уже отдавало какой-то народной патриархальностью, в семье Вики и Лехи появились два чудесных близнеца — девочка и мальчик. Вика и Леха маленькие. Мальчик оказался старшим.
Вика кормила близнецов полгода. Малышам было по восемь месяцев с небольшим, когда Вика и Леха поехали в горы кататься на сноубордах в местечко Сан-Антон, западный Тироль, Австрия. Детки отправились в путешествие вместе с родителями. Беременность, роды и материнство сделали Вику краше, но мягче. Однако после восемнадцати дней, проведенных в горах, вернулась прежняя Вика. Та, о которой Андрей говорил: «Самая сумасшедшая и самая лучшая». А Виноградов понял, что в руководстве компании появился еще один, и очень перспективный, топ-менеджер. Правда, очень похожий на топ-модель.
Примерно в это же время к «Континенту» начал присматриваться Лютый. Ему было что предложить «Континенту».
— Послушай, он же бандюга, — сказала Вика о Лютом.
— Бывший бандюга, — уточнил Леха. — Он человек жесткий, но умный. И по большому счету порядочный.
— Твоя страсть к аферам уже вышвырнула тебя однажды из страны.
— И очень хорошо. Из-за этого некая креветочная обжора стала моей женой. Злые языки говорят, что дама эта очень даже ничего.
— Ага! Новая афера — новая жена… Вот что ты задумал!
— О нет, еще раз я всего этого не переживу.
— Что?!
