Рафаэль: блондинки – моя слабость. Испортить их хочется особенно сильно.Ника так невинна. Большие серые глаза, светлые волосы до самой задницы и упрямый взгляд. Я подсел на запах ее духов, а шрамы, скрытые манжетами, вызывают все больше вопросов.Ника: моя жизнь – подделка. Из настоящего в ней, пожалуй, только скорость и один чокнутый стритрейсер, у которого из слабостей только брат – близнец.Но ведь это к лучшему, правда? Невозможно разбить сердце тому, у кого его нет.
Так, ну вроде бы всё собрала.
Ещё раз внимательно осматриваю комнату, поправляю стильные чёрно-белые манжеты на запястьях. Перекидываю за спину длинную косу и, повесив на одно плечо сумку с видеокамерой, на другое – рюкзак, подхватываю плотно набитый всякой всячиной чемодан и покидаю съёмную квартиру в одном городе, чтобы сесть сначала в такси, ожидающее меня у подъезда, потом на поезд и оказаться в новом, ещё незнакомом мне городе. Но за свои восемнадцать я привыкла постоянно перемещаться. Очередной переезд не пугает. Он воспринимается как ещё одно маленькое приключение. И кстати! Сегодня же седьмое. С этими сборами совсем забыла.
Последний раз смотрю в зеркало в этой уютной прихожей. Улыбаюсь своему отражению.
– С днём рождения… Ника?
В новом городе меня будут звать именно так. Одно радует, в паспорте больше не придётся подделывать дату рождения и права у меня теперь настоящие. Хоть что-то…
Ладно, не грустим. Приключение, праздник, поехали!
Забегаю к соседке и оставляю ключи для хозяйки съёмной квартиры, где мне удалось задержаться на целый год. Милая женщина, забрав их у меня, взамен вручает пакет с ещё тёплыми домашними пирожками, завёрнутыми в цветастое вафельное полотенце. Это очень трогательно, и минус одна проблема. В поезд можно не покупать еду.
Выхожу на улицу и без сожаления запрыгиваю в такси.
– Добрый день, – улыбаюсь водителю.
– Здравствуйте, – пожилой мужчина вежливо кивает в ответ, заводит свою потрёпанную БМВ и везёт меня на вокзал.
Смотрю по сторонам, прощаясь с милым провинциальным городком. Вернуться не обещаю. За всё время моих перемещений остановки я ещё ни разу не повторяла, поэтому грустить об этом тоже нет никакого смысла. Гораздо приятнее сохранить внутри себя хорошие воспоминания и двигаться дальше.
Расплачиваюсь с таксистом заранее приготовленной наличкой, покупаю в привокзальном киоске большую бутылку воды, пару пакетиков растворимого кофе на утро и пачку чипсов. Прохожу досмотр на входе в красивое здание вокзала и уверенно иду сразу на перрон.
Ммм, а как тут пахнет!
С удовольствием втягиваю в себя специфический запах этого места. Ни за что не променяю поезд на самолёт. Плевать, что ехать долго. Тут одна только атмосфера дорогого стоит.
Нахожу свой вагон, гружусь в купе. В этот раз мне не повезло с билетами. Верхняя полка. Приходится повозиться, чтобы убрать свои вещи и удобно устроиться. С нижней на меня смотрит любопытный голубоглазый мальчишка лет десяти, пока его мама укладывает их чемодан под сиденье.
Показываю ему язык. Он дразнится в ответ, мама грозит ему кулаком, а я ложусь на живот и смотрю, как мы отъезжаем. У меня впереди почти восемнадцать часов дороги. И, наверное, это один из моих лучших дней рождения. Как минимум потому, что я провожу его не одна.
Зевнув, переворачиваюсь на спину, открываю книгу в телефоне и погружаюсь в чтение. Уже к вечеру, когда желудок начинает неприлично громко урчать, вспоминаю про пирожки. Делюсь ими со своими временными соседями, а они угощают меня вкусными яблоками с огорода какой-то их родственницы.
Меня пытаются разговорить, но я быстро сливаюсь и забираюсь обратно на свою полку.
Наступает ночь, и в купе гаснет свет. Малой внизу светит себе в лицо телефоном, быстро бегая пальцами по экрану. Опять получает втык от матери и обиженно отворачивается к стене. А я смотрю в потолок и теперь с чистой совестью, пока никто не видит, всё же позволяю себе немного погрустить.
У меня никогда не было как у этого мальчишки. И я никогда не смогу закрыть этот гештальт, потому что своих детей у меня тоже никогда не будет. Наверное, странно думать об этом в моём возрасте. И я не загоняюсь, нет. К этой мысли я привыкла также, как к переездам. Просто…
Ай! Неважно это всё! У меня море планов. Город в этот раз большой. Затеряться в нём проще и есть шанс задержаться подольше. Я в универ поступила, в конце концов. Буду учиться, может, вернусь на лёд. Был у меня период, когда я занималась фигурным катанием. Совсем немножко и конечно не профессионально. С моим образом жизни это попросту невозможно. А может, я наконец сниму фильм и в следующем году подам документы на режиссёрский, а на юриста буду учиться заочно.
Поезд дёргается с короткой остановки. Я вздрагиваю и, повернувшись на бок, закрываю глаза. Вагон мерно покачивается, и мне удаётся уснуть.
– Ника, Ника, – кто-то трясёт меня за плечо.
Резко перехватываю запястье в болевой, спросонья ещё не понимая, кого именно зовут и зачем меня вообще трогают. Мама мальчугана вскрикивает, я окончательно просыпаюсь и виновато смотрю на женщину.
– Простите, – шепчу ей, разжимая пальцы. – Испугалась. Что-то случилось? Мы приехали? – голос ещё хрипит после сна.
– Нет, – чуть обиженно шепчет она. – Ты плакала, – растирает кисть и запястье.
