О как… кажется, я зря волновался на счёт здешнего мнения о готовности убивать людей. А ещё я заметил, что Флориан внимательно наблюдает за моей реакцией на щекотливую информацию, стараясь подавать её дозированно. Выходит, не только я беспокоюсь о том, чтобы не испортить впечатление о себе. Это хорошо.
— Приятно об этом слышать, но давайте вернёмся к основной теме. Как тема Экзальтов связана с украденными душами?
— Очень тесно связана, к сожалению. Орки верят, что у их сородичей украли души, поэтому они в большинстве своём похожи на безумных зверей. Но связь тела и души не разорвана окончательно, и души можно вернуть, путём особо сильного эмоционального всплеска.
— …Вроде битвы насмерть… или участие в кровавых побоищах… — догадался я.
Вот в чём их мотивация. Вот почему орки никуда не уходят. Картина полностью сложилась.
— Ты правильно понял. Им нужна эта война, чтобы пробуждать Экзальтов. Возвращать души.
— И это работает?
— Ты и сам убедился, что это работает. На счёт украденных душ никто ничего точно сказать не может, но то, что в бою безмозглые монстры могут пробудиться как Экзальты – это доказанный факт. И, самое ужасное, мы не можем отказаться от войны с орками, ведь в противном случае они придут в города.
— Поэтому вы вынуждены участвовать в бесконечной войне, сам смысл которой – делать врага сильнее. Оказывается, дела у человечества гораздо дерьмовей, чем ожидалось. А те, кто уже пробудился, как Экзальта, после смерти…
— …Не меняется, оставаясь Экзальтом навсегда.
Мдаааааа… ситуация воняет абсолютной безнадёжностью. Понятно, почему она секретная. Те, кто слабее духом, от таких известий будут трубить, что война уже проиграна и лезть в петлю.
— А что вы? Так и будете продолжать воевать, пока не появится достаточно Экзальтов, чтобы задушить ваш рейд?
— Мы надежды не теряем. Кое какие успехи в нарушении законов возрождения монстров есть, но этого недостаточно. Поэтому наша миссия – выиграть достаточно времени, чтобы специалисты нашли решение, что принесёт нам победу.
— А если они ничего не добьются, и ситуация останется такой же, как сейчас, значит шансы на победу будут нулевыми?
— Совершенно нулевыми, — кивнул он, после чего ухмыльнулся. — Ну как тебе на вкус истина, которую ты так хотел?
— Получилась со вкусом безнадёги и щепоткой отчаяния. Не самый приятный вкус, но бывает и хуже, — ответил я с усмешкой.
— Раз ты можешь шутить на эту тему, значит действительно смог переварить. Впечатляет. Для такого молодого парня, ты действительно крепок духом, — произнёс он с уважением.
— Спасибо. А вы сами как восприняли такую информацию, когда узнали? — поинтересовался я.
— С руганью и раздражением от того, что всё это дерьмо придётся разгребать мне, — сказал он с некоторым самодовольством. — Я постарше тебя буду, так что приходится такие вещи принимать со всей серьёзностью и искать их решение.
— Похвально, — сказал я, после чего мне пришла в голову дурная мысль проверить мужика на прочность. — Значит, вы достаточно крепки, чтобы спокойно реагировать на тяжёлые новости. А хотите оценить одну мою жуткую теорию?
— Жуткую теорию? Хочешь меня напугать? Ну, попробуй, — согласился он с интересом.
— Ну так вот. Меня заинтересовал один момент. Навыки. Вы обращали внимание, что они работают похожим образом, как у людей, так и у монстров?
— Многие работают идентично. А что?
— Сегодня тот Высший орк обучился навыку, но запустил он его голосовой командой, как и мы. Другими словами, у монстров тоже есть система. И она им помогает, — говорил я, наблюдая как меняется лицо Флориана с любопытного на напряжённое. — Я слышал, что система – это божественный дар людям, во имя их спасения, но почему же этот дар работает и у монстров? У них похожий дар? Или это одно и тоже? Но если система для всех одна, то действительно ли она создана ради спасения людей? Не отвечает ли она и за возрождение монстров? Если так, то чего хотели добиться боги? Развития? Или это способ поиздеваться? Пыточный механизм, который годами будет подпитывать надежду, постепенно её отбирая, пока люди не сойдут с ума и не утопятся в своей же собственной---
*БУХ!!!*
— ХВАТИТ!!! — рявкнул Флориан, треснув по столу так, что тот раскололся.
Я поднял руки, показывая сдачу, не намереваясь продолжать. Он был зол. Зол, как человек, у которого надругались над тем, что было ему дорого. Затем он перевёл дух, вздохнул и посмотрел на меня тяжёлым взглядом.
— Я знаю, что люди, самозабвенно ищущие истину, смотрят на мир более широким взглядом, но ты сейчас зашёл за рамки. Надо иметь понятие, о чём можно говорить, а о чём нет, — предупредил он.
— Прошу прощения, я как раз и хотел понять, где эти рамки. Насколько опасно для меня то, о чём я сейчас говорил? — спросил я.
— …Если будешь говорить об этом так, где не надо, то может случиться так, что ты никогда не увидишь дневной свет, — ответил Флориан.
Тц, даже так, да? Религиозные уверования всегда были одними из самых неадекватных, с которыми лучше просто не связываться. Не тыкать палочкой и обходить десятой дорогой.
