Начало 1970-х гг. В одном из областных центров под видом сельскохозяйственной базы строится военный склад для хранения биологического оружия. Работы ведутся скрытно, поскольку официально такое оружие запрещено международным соглашением. Однако западным спецслужбам удается узнать об истинном назначении объекта. Они готовят диверсию, чтобы разоблачить замысел «советов». Противостоит американцам группа спецназа КГБ «Дон» майора Семенова. Бойцы уже готовы преподнести противнику ответный сюрприз, когда становится известно, что у диверсантов на нашей стороне есть тайные и очень влиятельные помощники…
С утра четверга, 23 апреля, над центром Переславской области зарядил не по-весеннему нудный, мелкий дождь. Еще вчера светило теплое солнце, в парках молодые мамы прогуливали своих чад, а сегодня город словно вымер. На улицы выходили только те люди, которым это было необходимо.
В кабинете секретаря Переславского обкома КПСС находились начальник УВД комиссар милиции 3-го ранга Сергей Николаевич Савушкин, руководитель управления КГБ полковник госбезопасности Лысенко Александр Тарасович, первый секретарь Верховного райкома КПСС Виктор Кузьмич Горенков и сам хозяин кабинета Петр Тимофеевич Макаров.
Секретарь обкома подошел к окну, развернул портьеры, посмотрел на улицу Ленина. На ней редкие легковые автомобили. Несколько человек на остановке общественного транспорта сложили зонтики и входили в троллейбус. Случайных прохожих можно сосчитать по пальцам рук. Мотоцикл «Урал» с коляской милицейского наряда у перекрестка. Патрульные, несмотря на дождь, смотрят на выход с площади имени вождя мирового пролетариата.
Секретарь отошел от окна, сел в свое кресло у рабочего стола, достал пачку «Казбека», закурил.
Его примеру последовали Горенков и комиссар милиции. Начальник управления КГБ открыл форточки.
Первый секретарь райкома посмотрел на часы:
– Десять тридцать, товарищи, а совещание назначено на десять. Что-то немного запаздывает представитель центрального аппарата КГБ.
Комиссар милиции усмехнулся и заявил:
– Это у них, я имею в виду офицеров Конторы, Виктор Кузьмич, стало в порядке вещей. Как же! Ведь государственная безопасность на них. А остальные органы так себе.
Все прекрасно знали о растущем противостоянии между МВД и КГБ и не удивились реплике главного милиционера области.
Но полковник госбезопасности Лысенко ответил на это:
– Вы сами на себя посмотрите, уважаемый товарищ Савушкин. Если с государственной безопасностью в области порядок, то преступники у нас чувствуют себя более чем спокойно. Не желаете, комиссар, поделиться информацией, сколько преступлений было совершено в Переславе за последние сутки?
Секретарь обкома не дал разгореться конфликту:
– Прекратите, товарищи. Мы все служим одному делу. Эти нападки друга на друга ни к чему.
Комиссар смял окурок в цветочном горшке, сел на диван. Лысенко и Горенков устроились рядом, в креслах.
Раздался звонок телефона внутренней связи.
Макаров довольно резко ответил:
– Слушаю! – Он тут же изменил тон: – Доброе утро, Дмитрий Александрович. Нет, пока не было, ждем. Да-да, конечно. Хорошо, буду признателен. Макаров положил трубку. – Первый звонил, спросил, прибыли ли офицеры центрального аппарата КГБ. Услышав ответ, обещал позвонить в Москву.
Комиссар милиции проговорил:
– Больше заняться нечем Дмитрию Александровичу, как звонить в Контору.
– Я же просил!.. – Секретарь обкома сморщился.
Вдруг сработал сигналом связи телефон внутренней связи.
На этот раз звонил его помощник Щукин:
– Петр Тимофеевич, охрана доложила, что прибыла «Волга» комитета.
– Ну и хорошо. Ты смотри, Боря, встреть как положено.
– Конечно, Петр Тимофеевич, не беспокойтесь.
– И сразу гостей ко мне!
– Да, Петр Тимофеевич.
Секретарь положил трубку и сказал:
– Прибыли гости.
– Наконец-то, – заявил комиссар милиции, демонстративно достал сигарету и прикурил.
Макаров только покачал головой.
Вскоре в кабинет вошли двое мужчин лет под сорок в штатской одежде, которая не могла скрыть военную выправку:
– Здравствуйте, товарищи, – сказал один из них. – Извините за задержку. Перед выездом нас вызвал начальник управления. Разрешите представиться, начальник первого режимно-секретного отдела Оперативно-технического управления КГБ полковник Давыдов Вячеслав Николаевич. Со мной подполковник Яковлев Александр Михайлович.
Секретарь не успел произнести ни слова, как Давыдов повернулся к Савушкину:
– Вас, товарищ комиссар милиции третьего ранга, попрошу затушить папиросу и далее во время совместной работы воздержаться от курения в служебных помещениях.
– Вы вправе указывать мне, полковник? – с усмешкой осведомился комиссар.
– Да, – ответил Давыдов и добавил: – Вы совсем скоро будете иметь возможность убедиться в этом. Уберите папиросу.
Савушкин хмыкнул, но затушил окурок.
– Извините, товарищ полковник, но здесь мой кабинет, – проговорил секретарь обкома.
– На него никто не посягает. Представьте, пожалуйста, всех, кроме, естественно, начальника управления КГБ.
– Да, конечно. Комиссар милиции… – Секретарь обкома представил присутствующих.
После этого Давыдов сказал:
– Чтобы в дальнейшем не возникло недоразумений и недопонимания, ознакомьтесь вот с этим. – Полковник передал Макарову лист бумаги. – Прошу озвучить документ.
Секретарь прочитал текст, поднял глаза, осмотрел кабинет:
– Это, товарищи, распоряжение члена Политбюро секретаря ЦК КПСС Павла Георгиевича Зинченко. В нем руководству области предписано оказывать всяческую помощь и поддержку товарищам Давыдову и Яковлеву вплоть до неукоснительного исполнения их прямых указаний.
Давыдов взглянул на комиссара милиции: