Райская обитель полностью

"Пройдите мимо нас и простите нам наше счастье!"

Ф. М. Достоевский, "Идиот"

Все-таки я родился под счастливой звездой. Иначе чем объяснить то, что в тридцать пять лет у меня, самого простого парня, продавца бытовой техники в захудалом магазинчике на окраине города, ни с того ни с сего объявился богатенький дядюшка? И не просто объявился, а пообещал оставить мне свое состояние!

"Сказки!" – скажете вы. Я тоже так решил, когда нашел в своем почтовом ящике письмо, подписанное ровным, витиеватым почерком. Сейчас уже так никто не пишет. Сейчас люди вообще перестали писать бумажные письма.

В письме сообщалось, что мой дядя, некий Рудольф Вознесенский, желает видеть меня, чтобы совместно решить вопрос о наследстве. "Сказки," – именно так я и подумал, а потом побежал на работу, так как уже и так опаздывал почти на час. В тот момент меня волновала лишь одна мысль – ещё одно опоздание в этом месяце, и премия в две тысячи рублей мне не светит. А у меня, между прочим, на нее большие планы. Мы с моей девушкой Мариной уже несколько недель были в ссоре, ей, видите ли, не хватало внимания, и она ушла. Ну я и решил подарить ей небольшой подарок с премии – новую сумочку или сапоги, женщины любят это.

Так вот, увидев в письме слово "наследство", я сразу же решил, что это розыгрыш. Все в магазине знали, что у меня туго с деньгами. А как еще можно разыграть меня? Конечно, вот так – заставить поверить в то, что я вдруг разбогател!

– Спасибо вам за внимание, но, если честно, не смешно, – сказал я ребятам, когда прибежал, вспотевший и запыхавшийся, на свой отдел. Мои напарники, Артем и Денис, непонимающе уставились на меня.

– Фил, ты о чем? – Артем вручил мне увесистую коробку с кофемолкой, – поставь вон на ту полку, а то мне до нее не дотянуться.

А Денис даже ничего не сказал, просто снова уткнулся в товарную накладную.

Я быстро забросил кофемолку наверх, а потом достал из кармана смятое письмо и потряс им перед лицом Дениса.

– Ну так что, шутники, признавайтесь, чья была идея? Кому уши оторвать?

Денис недовольно отмахнулся от меня, а Артем взял письмо и принялся с интересом читать.

– Ну ничего себе, Фил, вот счастье-то привалило! А главное – вовремя! – Артем хлопнул меня по плечу, – старший менеджер сегодня уже был с проверкой и сказал, что премии тебе точно не видать.

– Парни, все остальное обсудим потом, а сейчас давайте займемся накладными. Сегодня первое число, как я об этом забыл? – проворчал Денис и бросил на меня злобный взгляд, – еще и ты со своими вечными опозданиями! Вечно всех подводишь!

– Так это не вы письмо прислали? – растерянно спросил я, хватая очередную кофемолку из рук Артема.

– Да какое письмо, Фил, о чем ты? – Денис уже не скрывал своего раздражения, лицо его покраснело, глаза налились яростью.

– Никакое, – обиженно ответил я, сложил письмо обратно в карман и взял со стойки стопку накладных.

***

Весь день я думал о том, кто же этот шутник, решивший так неуместно пошутить надо мной. А вечером, придя домой, я быстро съел пару бутербродов, взял сотовый и набрал номер, указанный в конце письма.

– Слушаю, – ответил низкий, представительный голос.

– Здравствуйте, – неуверенно начал я, до сих пор ожидая, что по телефону ответит кто-нибудь из моих приятелей, – я получил письмо, в нем говорится о том, что некий дядя Рудольф, о котором я ничего не знаю, хочет оставить мне свое наследство. Если это розыгрыш, то ваша шутка не удалась.

– Филипп Вознесенский? – голос в трубке прозвучал строго и надменно.

– Да, – ответил я, внезапно почувствовав себя школьником, вызванным к доске суровым учителем.

– Одну минуту, я передам трубку Рудольфу Аристарховичу.

В трубке раздалось шипение, сквозь которое я услышал звук быстрых шагов, а потом приглушенные голоса. После чего в трубке зазвучал другой голос, более приветливый.

– Здравствуй, Филипп! Рад, что ты позвонил! Как поживаешь?

– Да нормально, – смутившись, ответил я, чувствуя, как внутри нарастает волнение, – ну, то есть, хорошо. Хорошо поживаю. Если честно, я и не знал, что у меня есть дядя.

– Я и сам лишь недавно узнал о твоём существовании, Филипп, – голос в трубке забулькал, как будто телефон вместе с говорящим ушел под воду, а потом звуки стали вновь отчетливыми, – я не хочу больше терять ни минуты. Я хочу скорее увидеть и обнять тебя! И конечно, нам нужно обсудить вопрос о наследстве, которое я планирую оставить тебе после своей смерти…

От волнения я закашлялся, прижав трубку к груди, а когда снова поднес ее к уху, то услышал обрывок последний фразы, сказанной стариком:

– У нас с твоей мамой были разные отцы и огромная разница в возрасте. Она никогда не считала меня братом… Я не удивлён, что ты обо мне не знаешь.

Я замычал в ответ, соглашаясь с тем, что все так и есть – о родственнике с таким мудреным именем, Рудольф Аристархович, я слышал впервые.