Хэнк криво усмехнулся:
— Я думаю, что мы зашли в наших разговорах слишком далеко. Если бы я вздумал отклонить ваше любезное предложение, вряд ли я вышел бы из этой комнаты… Которую, кстати говоря, невозможно прослушивать…
Джангир покачал головой:
— Прежде чем наши переговоры дошли до нынешней стадии, мы тоже потрудились собрать о вас кое-какие сведения. И думаем, что вас этот проект заинтересует в полной мере. Дело в том, что я никогда не соблазняю выгодами и не пугаю своих будущих партнеров. Я ищу людей, у которых мои дела становятся их делами и превращаются в цель их жизни.
— Что вы имеете в виду? — осторожно спросил Хэнк.
— Ничего особенного… Просто я хочу обратить ваше внимание, что наркотики — это лучший вид бартера на вооружение. Вы же интересуетесь оружием? — спросил он с нажимом.
— В какой-то мере, — уклончиво сообщил Хэнк.
— Я, к счастью, знаю, что все мусульманские войны новейшей истории — в Афганистане, Таджикистане, Боснии, Чечне — все до единой ведутся на наркоденьги. Безусловно, это самый надежный вид современной валюты.
— А вы не боитесь, генерал, что этот проект бумерангом вернется на вашу родину — в Россию? — любознательно поинтересовался Хэнк.
— Нет, не боюсь, — заверил Джангир. — История циклически повторяется, ход событий нельзя изменить или остановить, нужно найти свое место в этом потоке событий.
— Что вы имеете в виду?
— Хочу напомнить, что богатейшую Америку завоевали не регулярные армии и полицейские отряды великих европейских держав, а разрозненные банды проходимцев, жуликов, воров и мародеров. Они назывались пионеры, пираты, корсары, каперы, конкистадоры. Они все были приватирами. Теперь это очень модное слово в России. И смысл его прост — чужую собственность надо сделать личной. При-ва-ти-зи-ро-вать!
— Вы считаете, что это удел России? — с усмешкой спросил Хэнк.
— Да, конечно. Поэтому давайте сосредоточимся на наших интересах. Для нас чрезвычайно важно, чтобы мы могли контролировать весь путь товара — от завода до уличных торговцев. Если это вам по силам, вот вам моя рука. Вы согласны?
— Да, я согласен. Я доведу это до конца… — уверенно сказал Хэнк.
Выдержки из рапорта заместителя начальника отделения ФБР в Нью-Йорке Луиса Схилиро…
В настоящее время в Нью-Йорке продолжают функционировать пять мафиозных семей:
1. Бонанно. Всего 130 членов. Босс — Джозеф Массино, его правая рука — Сэл Витале. Советники (consigliere): Энтони Сперо (осужден условно), Джеймс Тартаглионе — отбывает наказание.
2. Коломбо. Всего 120 членов. Босс — Эндрю Руссо отбывает наказание. Сегодня его замещает Джо Какаче. Советник — Винцент Алои.
3. Гамбино. Всего 200 членов. Босс — Джон Готти — в тюрьме. Заменивший отца Джон Готти-младший осужден и ожидает начала отбывания срока. Делами «семьи» управляет сегодня «капо» Питер Готти совместно с другими «капо».
4. Дженовезе. Всего от 200 до 250 членов. Босс — Винсент Джиганте — осужден. В тюрьме также находится заместитель «крестного отца» — Мишел Дженерозо. Функции босса исполняет Доминик Чирилло.
5. Лучезе. Всего 100 членов. Босс — Виктор Амьюзо — в тюрьме, за решеткой и второй человек в «семье» — Джозеф Дифиди. Роль лидера исполняет Стив Креа.
Вопреки традиционным представлениям обывателей, подавляющее большинство убийств совершают не гангстеры и не наемные киллеры, и даже не уличные молодые злодеи. Большинство убийств совершают в семье. Об этом говорит статистика насильственного лишения жизни по всей стране, во всем мире.
Дела эти, сложные по своему замыслу или примитивные, как удар молотком в висок, бывает зачастую чрезвычайно трудно раскрыть именно в силу заурядности мотивов и обстоятельств исполнения. Обычно их можно разгадать только за счет интуиции преследователя и неугасающего азарта ловца, который живет стремлением загнать преступника в силки. Первое большое «убийственное» дело, которое Полк расследовал, было очевидным по мотивам и неразрешимым из-за отсутствия доказательств.
