Полк помотал головой:
— Нет, лейтенант. Это раньше они были человеческими зубами. Сейчас у них есть какое-то новое качество.
— Не понял! — отчеканил Джордан.
— Видите ли, Джордан, ведь их было выгоднее переплавить. Поэтому меня интересует, что это такое. Плата? Аванс? Долевой взнос? Какая цель у этих зубов? У этих зубов, я не сомневаюсь, какое-то уголовное происхождение и, возможно, очень страшное прошлое.
— Вам не приходит в голову, что это имущество какого-нибудь давно практикующего дантиста? — хмыкнул Джордан.
— Нет, — покачал головой Полк. — И вы это знаете не хуже меня. Иначе бы вы тоже не так удивились. Не станет дантист коллекционировать тысячу с лишним старых золотых зубов. Это не золотые коронки, это зубы. Поэтому мне бы очень хотелось узнать, каким образом попали к Лекарю эти зубы. Надо, чтобы ваши люди сегодня собрали всю мыслимую информацию о Лекаре. Мы подключимся по нашим каналам. Хорошо бы узнать о нем побольше…
Подступающая ночь накрыла город двухцветным куполом, похожим на рекламный лейбл «Пепси». На востоке над Пештом небеса, утратив последнюю голубизну, наливались густой сочной синевой. А западная половинка небосвода была еще закатно-алая, она над Будой быстро линяла, краснота стекала с нее за горизонт, и в подступающей блеклой серости облаков торжественно вздымалась дымно-рыхлая луна — как огромный одуванчик.
Промаргиваясь после дневного сна, подмигивая и щурясь, на столбах медленно загорались фонари. Уже вовсю полыхали телесными соблазнами роскошные витрины на улице Ракоци. И отовсюду доносилась музыка, странное попурри из рэпа и цыганских скрипок. Под каштанами толпились, кишели стайками молодые люди, хиппиподобные, панкообразные, в металлической упряжи, гривастые, мелкие, как боевые пони. Их подружки, тощие, лохматые, некачественно помытые, свиристели и цокали на своем никому не понятном угро-финском наречии, обнимались, пронзительно хохотали, и было неясно — собираются они факаться или кого-то убивать.
Андерсон показал на освещенный подъезд ресторана:
— Это «Матьяш Пинце». Здесь готовят самую вкусную рыбу в Европе… Халасли называется…
Водитель кивнул:
— Принято! Завтра придем сюда есть халасли…
— Надеюсь, завтра мы будем обедать в Вене, — заметил Андерсон.
На Мадьяр Утья он взглянул на часы, подсказал водителю:
— Лоренцо, они будут ждать на следующем углу. Около светофора. Будь внимателен…
Лоренцо начал перестраиваться в правый ряд. Сидевший в кресле напротив Андерсона белобрысый немец спросил:
— Слушай, Хэнк, а кто они, эти венгры?
— Шандор — инженер в музее, а Дьердь — бродяга, — спокойно ответил Андерсон.
— Бродяга? — удивился немец. — Зачем нам бродяга?
Хэнк пожал плечами:
— Он бродяга особый… Он бродяга по вертикали… — И, глядя в недоумевающие глаза немца, пояснил:
— Он альпинист-скалолаз. Для нас сегодня — главный человек.
Лоренцо осветил дальним светом фар фигуры двух людей, стоящих на углу, выключил свет и плавно притормозил у стоп-линий. Немец уже распахнул дверь, и венгры мгновенно прыгнули в автобус. Это произошло так быстро, что если бы кто-нибудь наблюдал с другой стороны улицы, он бы и не заметил, что в автобус кого-то подсаживали по дороге. Венгры уселись на свободные места, и старший сказал Андерсону:
— Привет, босс, давно не виделись.
— Давно, — усмехнулся Андерсон, пожимая ему руку. — Здравствуй, Шандор!
Автобус свернул на висячий мост Ланцхид и покатил в Буду. Шандор расстегнул молнию на большой спортивной сумке, вынул квадратную картонку с обведенной красной каймой венгерской надписью «Проезд всюду». Андерсон внимательно посмотрел и передал водителю. Лоренцо, не отрываясь от руля, прикрепил картонку на лобовом стекле.
— Где достал пропуск? — поинтересовался Андерсон. Венгр засмеялся:
— Сам сделал! Это ксерокопия. Но для внешней охраны сойдет…
Потом все из той же сумки достал лист бумаги и дал Андерсону.
— Предъявишь постовому полицейскому, это разрешение на съемки на территории дворца.
— Тоже ксерокопия? — спросил Андерсон.
— Нет, это оригинал. Правда, совершенно фальшивый.
Лоренцо повернулся к ним:
— Через три минуты подъезжаем…
— О'кей! — кивнул Андерсон. — Внимание всем! Повторяю боевую установку. Машина останавливается около задней торцевой стены. Десантируем Шандора, Дьердя и Рудольфа, — ткнул он рукой на белобрысого немца.
Автобус с надсадным гудением сжевывал последние петли серпантина, ведущего к Королевскому замку. Андерсон продолжал инструктаж:
— На крышу идут Дьердь и Рудди. Шандор патрулирует вокруг — присматривается, нет ли посторонних. Если встретит кого-нибудь из знакомых, отводит подальше, отвлекает разговорами. Лоренцо высаживает меня с Магдой на площади Рыбачьего Бастиона, уезжает и делает круги вокруг замка. Каждый длительностью шесть минут, подъезжая каждый раз к месту спуска наших верхолазов. По расчетам Шандора, они должны управиться за двенадцать минут. Мы с Магдой обеспечиваем второй рубеж прикрытия. Огневой…
