Билеты на попурри из Пёрселла, прибывшие на следующий день, показались мистеру Симмонсу гораздо более привлекательными, чем Шопен с декламацией. Мисс Бойд они тоже заинтересовали, и я сказала, что пойду с ними. Концерт проходил в современном Театре Хеймаркета, но поскольку парковочных мест там недоставало, мы поехали на автобусе, а на обратную дорогу заказали такси, с небольшой задержкой на перекус в «Швейцарском коттедже» напротив – где неожиданно должна была появиться мисс Питт и побеседовать со своим отчимом. Я позвонила ей сообщить о наших планах. Разговаривая с ней по телефону, я чувствовала себя отвратительно. Она была очень любезна и дружелюбна и общалась со мной как с соучастницей.
– А потом я приеду, – говорила она, – и мы с папой, возможно, выпьем где-нибудь по чашке чая, а потом я сама привезу его обратно в «Райский уголок».
– Только если вы не намерены похитить его, – предупредила я.
Мисс Питт рассмеялась:
– Нет-нет, не беспокойся, я не стану похищать собственного отца.
– Отчима, – уточнила я.
Концерт оказался неожиданно эмоциональным, отчасти потому, что был немного похож на похороны, где все песни грустные, медленные и очень трогательные. Главная певица – в черных перьях и черной вуали – не только великолепно пела, но была вдобавок блестящей актрисой и как будто пела о своей неминуемой кончине. Впечатление произвело также изложение биографии самого композитора и его жизненного пути, включая королевские и церковные эпизоды. Концерт закончился такими словами, которые произнес молодой человек из хора:
Прозвучало прямо душераздирающе (представьте, каково было его жене, которая не пустила его домой). Мистер Симмонс и мисс Бойд рыдали. Я уже сожалела о своем вероломстве и трепетала, воображая, что должно произойти после концерта. Я так сожалела обо всей затее, что готова была предложить мистеру Симмонсу спрятаться в мужском туалете, пока я не обеспечу безопасный проход, как вдруг увидела впереди свою Бабушку Бенсон во главе стайки роскошных пожилых дам и потащила своих спутников поскорее к выходу.
– Давайте выпьем где-нибудь по чашечке чаю, – беззаботно предложила я.
– Как угодно, – согласился мистер Симмонс. – Но у меня с собой фляжка, так что могу и обойтись.
И вот, когда мы готовились перейти через дорогу, у тротуара в нескольких ярдах впереди от нас резко затормозил приметный светло-синий «доломит» мисс Питт. Из автомобиля выскочили два громилы, подхватили мистера Симмонса под локти и потащили к машине с такой поспешностью, что бедняга едва успевал переставлять ноги. Его клетчатая фляжка упала на землю и покатилась по дороге.
Он вырывался, обернувшись ко мне.
– Сестра! – кричал он.
А я кричала:
– Эй, нет, отпустите его! – И тянула за рукав того громилу, что был ближе. – Отпустите его!
Но они затолкали его в машину, запрыгнули сами, и машина уехала.
В такси по пути домой мисс Бойд все донимала меня: «Кто это был? Почему они забрали мистера Симмонса?» и все такое прочее.
– Это была его падчерица, – сказала я. – Она забрала его выпить чашечку чая.
– О, как мило, – угомонилась мисс Бойд.
Мне пришлось отвернуться, чтобы она не заметила, как я расстроена, но, вернувшись в «Райский уголок», я бросилась на грудь сестре Салим.
– Что такое? – встревожилась она. – Где мистер Симмонс?
– Мы столкнулись с его падчерицей, и она увезла его – наверное, чтобы удержать дома, – виновато призналась я.
– Она вела себя агрессивно, была груба и озлоблена? – спросила сестра. – Как она себя вела?
– Ну, она была довольно напориста, – сказала я.
При первой же возможности я побежала к леди Бриггс и выложила ей всю правду – включая собственное вероломство. Она, кажется, не удивилась и совсем не рассердилась.
– Она заставит его жить в «Сливовом коттедже», что мне делать? – рыдала я.
– Тихо, тихо, детка, – сказала леди Бриггс. – Дай-ка подумать, что я могу сделать.
Прошло два дня, а мистер Симмонс все не возвращался, и хотя я была полностью раздавлена, однако должна была признать, что ведь именно это и предусматривал мой план. Плюс до меня дошло, что раз мисс Питт воспрепятствует возвращению мистера Симмонса в «Райский уголок», то мистер Годрик, ожидаемый выздоравливающий пациент, и его маленькая собачка смогут занять комнату номер 8, и леди Бриггс не придется переезжать из своей. С другой стороны, мистер Симмонс почти в одиночку вел наше хозяйство.
