Тогда у меня было некое состояние, словно временами вместо меня в моём разуме и теле был кто-то другой – такой сильный и смелый, ловкий и умелый, бесстрашный и выносливый, позитивный и беззаботный – тот, кому “море по колено”. А временами включалась я и мир облачался в серые смрадные тона, сразу становилось одиноко и паршиво… Но, быть может, всё было ровно также, но наоборот – где мне настоящей “море по колено”, а временами просыпалась внутренняя жертва – кто знает, кто знает…
Когда врач вышел из ординаторской и пригласил меня, муж, естественно, вскочил вместе со мной, только врач запретил ему идти с нами, под предлогом, что я выйду и всё расскажу сама. “Надо – значит надо”. Мы зашли в кабинет, больше напоминающий класс английского языка, что был у меня в школе – очень узкий и давящий тесным пространством. Много безликих рабочих мест с компьютерами, порядка шести – десяти столов, напоминающих всё те же школьные парты. Безликих – потому что они все одинаковые, ни на одном столе нет ничего личного от его хозяина, ни цветов, ни фоторамок, ни кружек с надписями. В моём офисе было больше жизни на столах коллег, а здесь точно нет никакой разницы кто куда сядет – а может так и есть?
Мы присели и врач начал что-то долго и очень умными фразами объяснять – какие-то аббревиатуры, сокращения, медицинские коды и слова на латыни. Я смотрела на него и не понимала ни слова. “Скажи что я должна делать дальше. Какой следующий шаг?” – крутилось у меня в голове, а на лице сияла наиглупейшая улыбка.
– Анализы нехорошие, у вас рак, примерно между второй и третьей стадией, готовьтесь к операции – будет удаление яичников – это 100 %, на счёт матки посмотрим по ситуации, максимально стараемся сохранить всё что можно, но это уже будет видно на самой операции, но крохотные шансы на сохранение есть. Вы можете не говорить мужу о масштабах операции… – продолжал врач, пока у меня в голове бомбил протест – в смысле не говорить мужу?
Доктор мне объяснил, что большинство пар после такой операции распадаются и они рекомендуют всем пациенткам не сообщать ничего своим мужьям во избежании развода. Это шло вразрез моему понимаю о замужестве, о наших отношениях с супругом и я не могла представить и понять – как такое можно скрывать? Тем более от любимого человека? В смысле “не говорить”? А когда после лечения не будет беременности – я как буду ему в глаза смотреть, что я буду говорить тогда?
В конечном итоге это был уже мой выбор и док отдал мне первую больничную выписку “Выписной Эпикриз”. Я вышла в коридор, не зная что сказать супругу. Я понимала, что шансов завести своих детей у меня уже не осталось, но ещё есть какой-то шанс, пусть и крошечный – выносить самой. Муж выхватил мои выписки и начал их изучать и гуглить, а у меня стоял в горле ком, ком той самой удушающей боли, которая режет горло изнутри. Давящая тоска по не случившемуся материнству… Я попросила его купить мне сигареты, ибо как взять себя в руки сейчас другим способом – я не понимала, а он и не возражал. Тогда он ещё мог шутить и в киоске высматривал мне сигареты с надписью “рак”, мол это будет забавно, но я прикол не оценила. Тогда я впервые отчётливо потеряла прочную связь с реальностью и понимаю сейчас, что в то время я не понимала всей серьёзности ситуации, я переживала за репродуктивную функцию своего организма, но совершенно не думала, о возможности своей смерти.
Кто-то внутри меня тогда шепнул два слова: “Игра началась”, но я не знала правил этой игры, я пошла играть вслепую… Я стояла позади машины, затягиваясь ментоловой сигаретой и в голове у меня был целый рой мыслей – было странно курить при муже, было странно переваривать разговор с врачом, варианты обзавестись ребёнком без яичников, как рассказать помягче родным… Но ни одна из тех мыслей не была связана с раком, не была связана со смертью и с концом чего бы то ни было. Я была уверена, что я не одна – мой муж, моя опора и защита рядом и всё остальное не имеет никакого значения. Я даже рассматривала варианты счастливой бездетной жизни, что можно жить в своё удовольствие, реализуя свои мечты и планы, путешествовать когда и куда хочется… Но игра уже началась…
