Олегу Владимировичу довелось пройти миротворческую миссию в Абхазии в составе Отдельной бригады морской пехоты Черноморского флота РФ. Советского Союза уже не существовало, но кровавые межнациональные конфликты на руинах огромной социалистической империи полыхали вовсю. Из воинской службы сержант морской пехоты вынес личную убежденность в том, что русские люди должны быть защищены авторитетом своего государства, в какой бы точке мира они ни находились. С авторитетом государства при вечно пьяном «царе Борисе» было туго. Поэтому еще одним убеждением сержанта морской пехоты стало убеждение, что лучший автомат – это ручной пулемет.
– Ничего страшного, сын. Полигон – не война, просто будь осмотрительнее. И выполняй все команды инструкторов, – так напутствовал Макса его отец.
На полигоне занятия лично вел в том числе и зав военной кафедрой подполковник Филимонов. Студенты, а точнее на время полевой практики курсанты, называли его Филин.
Федор Дмитриевич участвовал во второй чеченской кампании, после служил инструктором. Во время Операции по принуждению к миру Грузии в августе 2008 года батарея «Тунгусок» под командованием капитана Филимонова сбила один грузинский штурмовик Су-25, два вертолета Ми-24, один американский «Ирокез» и несколько разведывательных беспилотников грузинской армии. Причем грузинский штурмовик Су-25, который пытался атаковать колонну российских войск, сбил пуском двух ракет лично тогда еще капитан Филимонов. За это он получил к ордену Мужества за Чечню, когда огнем автоматических пушек «Тунгуски» искрошил боевиков, еще и орден Святого Георгия IV степени. Награда эта – очень редкая и особо ценимая офицерами, ее получают только за личное мужество на поле боя.
По отношению к курсантам подполковник Филимонов был строг, но справедлив, требовал, но в меру. Понимал, что готовит все же не кадровых военных. Но к тем, кто стремился получить больше знаний по военным наукам, относился благосклонно. Серьезного и вдумчивого студента-физика он приметил.
Максу и обучение на военной кафедре давалось неплохо, тем более что его гражданская специальность неплохо соотносилась и с военной. Он уверенно сдал все нормативы для эксплуатации и боевого применения ЗРПК «Панцирь-С1» не только в качестве оператора, но и как командир расчета. Не хватало только реальных боевых стрельб, чтобы получить полный допуск. Но и пару самых настоящих зенитных ракет Максу все же удалось запустить на полигоне по воздушной мишени, правда из зенитного комплекса малой дальности «Оса-АКМ». Федор Дмитриевич поспособствовал – он всегда поощрял в студентах желание узнавать больше.
Так что по итогам полигонных занятий Максим Полевой уверенно и на «отлично» усвоил программу подготовки командира ЗРПК «Панцирь-С1».
Зимняя сессия 2014 года для Максима Полевого прошла не столько в учебе, сколько в мучительном ожидании развязки кровавого националистического Майдана в Киеве. Причем сопереживал он, да и многие студенты и знакомые преподаватели, не только за судьбу Крыма и Севастополя, но и всего юго-востока Украины. Жили там, между прочим, не так уж и далеко от Воронежа, абсолютно русские – и по языку, и по духу, и по культуре – люди. Харьковщина, Донбасс, Херсонщина, Николаевщина и «жемчужина у моря» – Одесса.
В один из дней в кабинет заведующего военной кафедрой Воронежского университета постучал студент-радиофизик Максим Полевой.
Офицер, подполковник ПВО Филимонов, поднялся из-за стола и прошелся по кабинету. Внимательно поглядел на студента.
– Значит, Макс, хочешь ехать добровольцем в Донецк? Участвовать, так сказать, в протестном движении Новороссии… Это, конечно, похвально! Вот только ты задумывался: а кем ты там будешь?
– Мне все равно – хоть простым бойцом!..
– Ну да, конечно! – не скрывая сарказма, усмехнулся подполковник Филимонов. – Прошлым летом ты сдал зачеты на полигоне по управлению новейшим комплексом «Панцирь-С1», получил погоны лейтенанта и теперь хочешь идти простым рядовым-добровольцем и участвовать в митингах и вооруженных протестах в Донецке против бандеровцев?!
– А что вы предлагаете, Федор Дмитриевич?
– Я предлагаю встретить врага во всеоружии и на подготовленном рубеже обороны! Сейчас формируется Отдельный зенитный ракетно-пушечный дивизион. Из добровольцев, – особо подчеркнул подполковник. – Для защиты от атак с воздуха критических объектов инфраструктуры Донбасса. Меня назначают командиром этого дивизиона. Пойдешь ко мне служить?
– Да хоть простым рядовым! – порывисто вскочил с места Макс. – Действительно, почту за честь!
– Ну, простым рядовым я тебя сам не назначу, а вот оператором боевой машины – вполне. Твои оценки я знаю, сам зачет принимал, а потом еще и характеристику на кафедру писал… Только ты учти – мы на войну едем! По сравнению с тем, что нам предстоит, полигон, где ты был, – просто пионерлагерь. Да и служить под моим началом будет ой как непросто!..
– Федор Дмитриевич, я твердо решил.
– Ну, раз решил, лейтенант Полевой, тогда добро пожаловать в Отдельный дивизион.
