руководимой основоположником ракетного двигателестроения В.П.Глушко
(я имел честь много работать с ним над созданием ракеты «Энергия») и
московская группа изучения реактивного движения (ГИРД), которая ее
сотрудниками расшифровывалась как «группа инженеров, работающих
даром». Чувство юмора всегда было присуще советским ракетчикам.
Работами по крылатым машинам в РНИИ руководил С.П. Королев. В РНИИ
были созданы и боевые машины реактивной артиллерии (народное название –
«Катюша»). К ракетам это отношения не имеет, но заслуги «Катюш» во время
войны известны. Назывались соответствующие воинские подразделения
«гвардейскими минометными частями».
Вероятно, достижения сотрудников РНИИ могли быть и более
значительными, но в конце 30-х годов многих посадили, в том числе, и
11
Глушко, и Королева. Глушко сидел в казанской «шарашке» (после
Солженицына это слово все знают), где продолжал заниматься жидкостными
двигателями, как ускорителями для боевых самолетов, а Королева послали
копать золото лопатой на Колыму. Там бы все для него и закончилось (по его
собственным оценкам), но благодаря принятой тогда «органами» практике,
его спас Глушко. На его просьбу тем же «органам» увеличить «творческий»
коллектив, ему дали список «сидельцев» и сказали самому выбирать себе
сотрудников. Он знал Королева по РНИИ и выбрал его, и С.П. работал
(находясь, конечно, в заключении, как и сам В.П.) замом по испытаниям. Там
они и пробыли почти всю войну, но в 1944г. или 1945г. их выпустили, и
вскоре они даже оба попали в советскую экспедицию по поиску в
оккупированной Германии ракетной документации немцев. Так что «огонь и
воду» два впоследствии всемирно известных ракетных конструктора прошли
вместе и вместе создали знаменитую Р-7, на которой был запущен и первый
искусственный спутник Земли, и выведен в космос Гагарин. Последовавшее
за этим испытание «медными трубами славы» они не выдержали, разойдясь
во мнениях, чьи заслуги больше, и их совместная работа прекратилась.
Забегая вперед скажу, что в результате возникших между ними разногласий
Королев поставил на свою лунную ракету (проект Н1-Л3 – высадка человека
на Луну) не сверхмощные двигатели Глушко, а меньшие самолетные
двигатели куйбышевского главного конструктора Кузнецова (их пришлось
ставить примерно два десятка), что, по-видимому, было неправильным и,
возможно, послужило одной из (не единственной) причин неудачи проекта.
Но вернемся к «нашим баранам».
Первым в связи с ракетами возник вопрос, к какому роду войск их отнести.
Вопрос исключительно важный, так как он определял, какое промышленное
министерство будет их разрабатывать. Если бы, как в США и других странах,
за это взялись ВВС, то и делали бы их самолетные фирмы. Отметим, что по
предшествующему опыту Минавиапром был в наибольшей мере подготовлен
к этой работе. Но знаменитая формула «мы пойдем своим путем» сработала и
здесь. «Сталинские соколы», не желая влазить в дело, которому они не
верили, убедили «вождя народов», что только советский летчик за штурвалом
может обеспечить сброс бомбы на врага с требуемой точностью. Это,
конечно, полная чушь, но вряд ли их можно сильно ругать за то, что они не
предвидели возможности электронных систем управления. В то время это
было еще не очень понятно, но «руководить – значит предвидеть».
Недооценка электроники в управлении летательным аппаратом на долгие
годы осталась свойственной авиаконструкторам, даже гениальному Туполеву,
так что, когда они, как и военные летчики, поняли, что принципиально
ошибались, «поезд уже ушел» - была создана отдельная отрасль
промышленности, называемая «общим машиностроением», куда и перешли
многие знаменитые авиационные фирмы, в том числе, ОКБ-52 В.Н.Челомея,
ОКБ покойного С.А.Лавочкина, фирма Мясищева и др. Тогдашний «вождь»
12
Н.С.Хрущев твердо понял (и правильно), что единственным оружием,
способным поразить США, являются ракеты, а не самолеты.
В средине 40-х годов это было не так ясно, но коль скоро ракеты делались не
для ВВС, разработку поручили не Минавиапрому, а Миноборонпрому,
делавшему пушки, танки, пехотное оружие и пр.
Соответственно, в армии ракетные части были введены в состав сухопутных
войск, и руководство ими со стороны заказчика было поручено ГУГМЧ
(Главное управление гвардейских минометных частей), т.е. тех же «Катюш».
Конечно, ракеты, стартующие с кораблей (для МБР это были исключительно
подводные лодки), взял на себя Минсудпром.
Тогда же Миноборонпром (как головной) вместе с Минрадиопромом,
Минсудпромом и др. промышленными министерствами начал создавать
собственно ракетную промышленность. Как и всегда, началось с Москвы и
Подмосковья.
От одного из самых больших институтов оборонной промышленности НИИ-
88 отделился коллектив С.П.Королева, который стал называться ОКБ-1.
Подмосковный Калининград (Подлипки, рядом с Мытищами), где
