— Да. Мы собираемся прогуляться по барам. Моя подруга Ханна выходит замуж через две недели. На самом деле это не мое, но мы дружим со старшей школы, так что я здесь.
— Ты здесь. — Мой взгляд блуждал по ее лицу, отмечая детали, которые я не позволил себе оценить, когда мы сидели у костра в прошлом месяце. Прямой, симпатичный носик. Изящный подбородок и розовые губы. Карамельные глаза с медными и золотыми прожилками.
— Фэй. — Одна из девушек сунула ей в руку рюмку.
Она поднесла ее ко рту и запрокинула, сморщив носик, когда глотала.
Черт, она была хорошенькой.
Может, она рассталась со своим парнем? Возможно, я выясню это, если смогу убедить ее остаться еще ненадолго.
— Идем в следующий бар, — объявила будущая невеста.
Фэй вздохнула и отставила пустую рюмку в сторону.
— Думаю, нам пора.
— Куда?
Она достала из заднего кармана визитку и просмотрела список баров, которые они выбрали для посещения.
— В «Иглз».
— Не возражаешь, если я составлю тебе компанию?
— Если хочешь, — поддразнила она, и улыбка заиграла на ее сладких губах.
Да. Я хочу.
— Раш, — дыхание Фэй сбилось, когда я скользнул внутрь ее тела.
— Черт. — Она была тугой. Такой чертовски тугой.
Мир вращался слишком быстро. Все было как в тумане.
Но Фэй. Боже, она была невероятна.
Кончики ее пальцев впились в мои плечи, а веки, затрепетав, закрылись. Она прикусила свою розовую нижнюю губу и застонала.
Нет. Сегодня эта губа была моя.
Я прижался губами к ее губам, проглотив стон, когда вышел из ее тела. Затем я вошел в нее глубоко, одним намеренным толчком.
Ее вздох смешался с моим собственным.
— Ты так чертовски приятна. — Я задал ровный ритм, прижавшись бедрами к ее бедрам, и ее ноги раздвигались с каждым движением.
— Да, — прошипела она, когда я пошевелился, ее икры обхватили мои бедра, а пятки уперлись в поясницу.
Ее вставшие соски скользили по моей груди, пока я раскачивался взад-вперед, снова и снова.
Каждый раз, когда я целовал кусочек ее гладкой, идеальной кожи, она стонала.
Она запустила руки в мои волосы, теребя пряди. Сильно дергая. Фэй прижалась ко мне, когда я встретился с ней взглядом.
Я был пьян. От выпивки. От этой женщины.
Когда я прижался губами к ее губам, отдавая ей все, что у меня было, она тут же ответила мне тем же. Ее звуки наполнили комнату, смешиваясь с моими собственными.
Казалось, мы трахались часами, без удержу и пауз. Я растворился в ее теле, и сколько бы раз я ни доводил себя до оргазма, этого было недостаточно.
Это был лучший секс в моей жизни.
Она воспламенилась от моих прикосновений. Все мое тело горело, и я не хотел, чтобы это пламя когда-либо прекращалось. Когда мы, наконец, соединились, это было переплетение потных конечностей и бешеного сердцебиения.
— Это было… — Волшебно. Чертовски волшебно.
— Да, — выдохнула она.
Завтра мы повторим это. Потом послезавтра, и еще через день, и еще через день после этого.
— Фэй, — пробормотал я ее имя, не уверенный, что еще собирался сказать. Так что я зарылся лицом в ее волосы, мой рот растянулся в улыбке, и я отключился ко всем чертям.
Меня разбудил звук захлопывающейся дверцы машины.
Лунный свет окрасил мою спальню в серебристо-серые тона. Я приподнялся на локте, прогоняя остатки сна и виски.
Где, черт возьми, моя подушка? Или мои одеяла?
У меня перед глазами все поплыло, когда я взглянул на пустое пространство рядом с собой.
Где, черт возьми, Фэй?
Глава 6
Фэй
Был ли предел тому, сколько человек может плакать и блевать в течение часа?
Каждый раз, когда я думала, что с меня хватит, тошнота и безнадежность накатывали волной, словно это был бесконечный источник слез и рвоты, и сколько бы я ни сидела на полу в туалете закусочной, этому не было конца.
Я спустила воду в унитазе и, отодвинувшись от фарфора, прислонилась спиной к стене, вытирая рот и щеки.
— Боже мой.
Слезы вновь хлынули из моих глаз. У меня вырвался всхлип.
В моей жизни было много плохих дней. Больше, чем казалось справедливым. Но мне всегда удавалось не сдаваться. Продолжать идти, шаг за шагом, зная, что, если я не сдамся, впереди будут лучшие дни.
Эта вера, эта слепая вера была единственным, что поддерживало меня на плаву в те дни, когда я чувствовала, что тону.
Сегодня я не понимала, как подняться с пола. Я не понимала, как продолжать двигаться вперед.
Я уже не была уверена, что хочу этого.
Это было так тяжело. Все было слишком тяжело. И я устала бороться. Устала бороться за то, чтобы просто дышать.
А теперь это?
Что теперь?
Еще один всхлип вырвался наружу, когда я закрыла лицо руками, подтянув колени к груди.
— Фэй? — Дасти постучала в дверь. — Ты в порядке, сладкая?
Нет. Нет, я не в порядке. В ответ я только и смогла выдавить из себя сдавленное мычание. Учитывая, что дверь в туалет была толщиной с бумагу, я была уверена, что она слышала, как меня рвало и я плакала.
— О, милая. Тебе плохо? Выходи, я могу тебя обнять.
Крепкие объятия Дасти на протяжении многих лет облегчали мою душевную боль, но даже их было бы недостаточно, не сегодня. Не для этого.
Она постучала снова.
