— Посмотри на прекрасную реку Мандакини с бесчисленными островами, излюбленным пристанищем лебедей и диких гусей, покрытую цветами и по берегам поросшую деревьями всех пород, склоняющимися под тяжестью цветов и плодов, на реку, чарующую своей красотой, словно река в обители Куверы; ее прекрасные броды, куда на водопой пришли стада ланей, замутнив воду, повергают меня в восторг! Это время, когда риши, спутавшие свои волосы и облаченные в шкуры антилопы и древесную кору, спускаются к реке Мандакини омыться, о возлюбленная. О дева с прекрасными очами, эти знаменитые муни суровых аскез по традиции подняли руки к солнцу, взывая к Сурье! Из-за деревьев, чьи высокие кроны волнует ветер, со всех сторон проливая на реку дождь из цветов и листьев, гора кажется танцующей! Посмотри, ее песчаные берега полны совершенных созданий, совершающих омовение в ее водах! О Кальяни, взгляни на сладкоголосых гусей, с криком взмывающих в небеса. О прекрасная женщина, когда я смотрю на Читракуту и реку Мандакини, мне кажется, они сулят мне больше радости и счастья, чем жизнь в Айодхье или даже твои чарующие очи! Войдем со мной вместе туда, где исполненные совершенства создания, свободные от порока, богатые подвигами аскетизма и владеющие чувствами, постоянно волнуют речные воды, и, словно дружеской груди, о любимая Сита, ты доверишься реке Мандакини, украшенной голубыми и белыми лотосами. Отныне думай о диких зверях вокруг как о жителях Айодхьи, о прекрасная, а об этой реке — как о Сараю! О Ваидехи, твоя преданность и послушание Лакшмана моей воле делают меня счастливым! Трижды в день омываясь в реке, питаясь медом, кореньями и фруктами, не расставаясь с тобой я не сожалею об Айодхье или всем царстве! Кто в мире не нашел бы отрады и покоя на берегах этой чудесной реки, часто посещаемой стадами слонов, которые вместе со львами и обезьянами приходят сюда на водопой, пышно украшенные цветами!
Рама, источник радости для своего рода, описывая своей возлюбленной супруге многочисленные красоты реки Мандакини, бродил по горе Читракута, сиявшей, как огонь.
Показав царевне Митхилы реку, которая, кружась в водоворотах, продолжала свой бег, Рама вместе с Ситой сел на склоне холма у подножия горы и предложил ей немного поесть. Пока добродетельный Рагхава гулял с Ситой, к горе Читракута приближалась армия Бхараты, поднимая облако пыли и шумя. Повсюду стоял такой грохот, что вожаки диких зверей в ужасе бежали, уводя свои стаи вглубь лесов. Рагхава услышал шум, поднятый армией и увидел вожаков стай, стремглав бежавших прочь. Нисколько не смутившись и прислушавшись к приближающемуся шуму, Рама сказал сыну Сумитры, Лакшмане, обладавшему необычайной отвагой:
— Пойди, о Лакшмана, благородный сын Сумитры, выясни причину столь устрашающего шума, подобного нарастающим раскатам грома, который доносится до нас. Или это стада слонов в лесу или буйволов в великих лесах, или это дикие звери, вспугнутые львами и разбежавшиеся во все стороны.
Должно быть, это царь, охотящийся в лесу, о царевич, или свирепый дикий зверь! О Саумитри, узнай, что случилось! Горы этой трудно достичь даже птицам, О Лакшмана. Раскрой мне истину!
Лакшмана поспешно забрался на цветущее дерево шала, откуда обследовал горизонт; сначала он обратил свой взор на восток, затем — на север и заметил огромную армию, состоящую из слонов, коней, колесниц и хорошо вооруженной пехоты.
Описывая коней и колесницы, украшенные стягами, он сказал Раме:
— Погаси огонь, мой господин, и пусть Сита укроется в пещере; приготовь свой лук, стрелы и доспехи!
Рама, тигр среди людей, отвечал Лакшмане:
— Посмотри, о Саумитри, кому, по-твоему, принадлежит эта армия?
Лакшмана, равный Паваке, отвечал Раме так, словно огнем своего гнева готов был испепелить приближающееся войско:
— Очевидно, Бхарата, сын Кайкейи, взойдя на трон и желая укрепить свою корону, пришел убить нас! Вон, из-за того прекрасного раскидистого дерева появилась колесница с широкоплечим воином, который несет в руках свою традиционную эмблему с изображением дерева ковидара. Среди конницы некоторые весело скачут на своих быстрых конях, тогда как другие, громко смеясь, возвышаются на слонах. Давай возьмем свои луки, о воин, и поищем на горе прибежище, или же давай останемся здесь с оружием в руках, готовые сразиться. Несомненно, мы покорим в битве того, кто несет традиционную эмблему с изображением дерева ковидара. Увижу Бхарату и призову его к ответу за все беды, обрушившиеся на тебя, Ситу и меня, я заставлю его отвечать за твое изгнание из вечного царства. Поскольку Бхарата пришел как враг, о добродетельный царевич, он заслуживает смерти; я не вижу греха в таком убийстве, о Рагхава! Закон позволяет сразить того, кто нападет.
