Rammstein. Горящие сердца полностью

На первый взгляд может показаться, что это было продуманным и честолюбивым началом карьеры, но на самом деле этот аспект не был решающим при основании Rammstein – по крайней мере так утверждает Флаке в книге Mix mir einen Drink: «С Rammstein у нас не было каких-то определённых целей. На самом деле мы знали лишь то, что мы не хотели делать. А это было именно то, чем мы занимались до Rammstein. Мы больше не хотели быть смешными, постоянно петь Mix mir einen Drink. Не хотели выступать в джинсах и пить на сцене пиво. Всё это было у нас под запретом»[36].

Так или иначе летом 1994 года группа отправилась вместе с их новым менеджером Эму на ярмарку Pop Komm, чтобы представиться профессионалам из мира шоу-бизнеса. Они выступили тогда в небольшом баре в одной крепости. Пауль Ландерс не без улыбки вспоминает об этом в книге Rammstein: «Тилль и Флаке оседлали неоновую лампу и проскакали с ней по барной стойке. Они разбили её вдребезги, и барную стойку охватило пламенем. У нас сразу же поднялось настроение. В мгновение ока всем стало радостно…»[37]

Пять месяцев спустя, в январе 1995 г., Rammstein подписала в Гамбурге договор с лейблом Motor Music. Теперь оставалось лишь найти подходящего продюсера для дебютного альбома. Motor Music предложила на эту позицию Грега Хантера, работавшего помимо прочего с легендой индастриала Killing Joke – группой, которую в Rammstein очень ценят.

После того, как продюсер прибыл в Берлин, группа отправилась с ним в студию, чтобы показать ему, как они представляли себе записи. Хантер был молчалив и даже засыпал во время репетиций. Группа решила, что он, возможно, всё-таки не тот, кто им нужен.

Так появился другой кандидат: шведский продюсер Якоб Хелльнер прибыл по приглашению менеджера группы в декабре 1994 года в Гамбург на концерт Rammstein. Ранее Хелльнер хорошо зарекомендовал себя в работе с успешной метал-группой Clawfinger. Хелльнеру настолько понравилось выступление Rammstein, что он не раздумывая согласился выпустить их альбом, который позднее продавался в каждом музыкальном магазине под названием Herzeleid.

Пусть и незапланированно, но Rammstein и Якоб нашли друг друга. Группа отправилась в Стокгольм в студию звукозаписи. Там был записан их дебютный альбом Herzeleid, с которого началась настоящая история успеха, о котором никто из причастных не мог и мечтать…

24 сентября 1995 г. в продажу вышел Herzeleid – первый альбом Рихарда Круспе, Кристиана «Флаке» Лоренца, Тилля Линдеманна, Оливера Риделя, Кристофа Шнайдера и Пауля Ландерса – коллектива Rammstein. Однако путь к готовому дебютному альбому оказался очень неровным и тернистым.

После того, как секстет наконец нашёл в лице Якоба Хелльнера подходящего и увлечённого продюсера, возникли первые проблемы. Песни для Herzeleid должны были записываться в студии Polar Studios в шведской столице, которая создавалась для поп-группы ABBA.

Но производство альбома затянулось. Сперва группа целую неделю отрабатывала партию ударных. Затем музыканты отправились в студию Хелльнера, что ещё больше усложнило ситуацию, как рассказал гитарист Рихард Круспе британскому журналу Metal Hammer в выпуске 05/06: «Мне было там непросто найти подходящее гитарное звучание. Места было недостаточно, и помещение очень сильно отличалось от тех, в которых я привык репетировать. Нужно было по-настоящему перестроиться, но мне такая перемена не понравилась. Для нас было проблемой и то, что мы застряли в Стокгольме. Якоб работал только в определённые часы. Поэтому по вечерам и на выходных мы были предоставлены сами себе. Мы не говорили по-шведски, а по-английски – недостаточно хорошо, и чувствовали себя из-за этого некомфортно. Мы не могли никуда пойти и не могли ничего предпринять. Поэтому у нас был не лучший настрой».

Но на этом трудности не закончились. Когда Якоб Хелльнер начал работать с Тиллем над вокалом, шестёрка музыкантов заметила, что поскольку продюсер практически ничего не понимал по-немецки и уж тем более не говорил на языке, он не мог понять о чём идёт речь в песнях. Каким образом он в таком случае мог работать с их материалом и придать содержанию песен подходящую музыкальную форму? В вышеупомянутой статье Metal Hammer Рихард описывает состояние секстета в той ситуация как «очень, очень подавленное».

Тем не менее группа продолжала работу с продюсером над альбомом на протяжении трёх месяцев. Они репетировали, шлифовали песни и делали записи до тех пор, пока не пришло время сводить треки. Рихард вспоминает об этом в Metal Hammer: «Мы поручили это Якобу. А почему нет? Он же всё записал. Но это оказалось огромной ошибкой с нашей стороны. Я был единственным из группы, кто присутствовал при начале сведения. Вскоре я понял, что Якоб не ведал что творил. Мы начали спорить, работа не продвигалась, я был очень недоволен. Но что я мог сделать?»