- Да, - Лекси скользнул к Рану и прижался всем телом, - это все неважно. Давай забудем и простим друг другу все, что было прежде. Начнем все с чистого листа, только ты и я!
- У меня уже есть супруг, - Ран осторожно отодвинул от себя Лекси, - я его люблю и мне никто больше не нужен.
- Ты или говоришь глупости, или пытаешься меня обмануть, - Лекси довольно улыбнулся, - моногамные отношения – это не про эмиров Сабаха. У тебя обязательно будет гарем и несколько супругов. Смирись с этим, ой, только не надо здесь изображать святую невинность. Люблю! Вначале ты признавался в любви мне, теперь кукленку, следом появится еще кто, и опять любовь взыграет в чреслах! Твой кукленок не первый и не последний омега в жизни, который согреет твою постель. Так что, не надо мне здесь лапшу на уши вешать. Найди кого-нибудь понаивнее… Бери мой чемодан и пошли на посадку.
- Нет, - Ран уже не улыбался, - я больше не пущу тебя в свою жизнь. Мне казалось, что мы уже все выяснили в наших отношениях. Мы можем быть друзьями, врагами или просто знакомыми, но никогда и ни при каких условиях мы не будем семьей.
- Ты отказываешь в браке своему истинному омеге? - удивился Лекси.
- Мы никогда не были парой, Лекси. И, кроме этого, я уже в браке с другим и мне больше никто не нужен.
- Ты отказываешься от сына Ошая ради безродного помойного крысеныша?
- Я отказываюсь от Лекси ради своего дыхания, - Ран мечтательно улыбнулся, - он – моя половинка. Лучик света в моей жизни, радость каждого дня и отрада для сердца. А Ошая был почетным гостем на нашей свадьбе вместе со своими сыновьями. Он сказал мне и моему супругу много теплых слов и искренних пожеланий. Так что, прими этот факт и отступись – мы никогда не будем вместе.
- Хм… - лицо Лекси неуловимо изменилось. Он даже стал выглядеть старше. - Достаточно я унижался перед тобой. Запомни этот момент – ты сам решил отказаться от меня, отверг мою любовь и искреннее желание создать с тобой семью. Ты разбил мне сердце своей жестокостью и двуличием, и я отомщу тебе за эту боль и унижение…
- Лекси! Сынок, хорошо, что я нашел тебя!
К Лекси подошел Александр Кантарини. Один из столпов власти Ватикана. Его неброская должность – глава пресслужбы, давала ему возможность говорить от имени папского престола. Пока папа давал официальные интервью и читал заранее написанные для него Александром речи, сам кардинал Александр намечал планы для дальнейшего развития и укрепления папской власти. Писал законы, плел интриги, чтобы принять эти законы на Вселенском Соборе и не гнушался ничем, лишь бы достигнуть поставленных целей. Он был незримым маятником, который раскачивал маховик истории, заставляя ее двигаться в нужном направлении. Все привыкли видеть его за плечом папы. Будучи доверенным лицом предыдущего понтифика, после его смерти он выдвинул в святой конклав вместо себя никому не известного кандидата, а потом добился, чтобы не известную никому кандидатуру из Дальних Рубежей рассмотрели вначале просто из интереса, а потом при закрытых дверях священного конклава избрали весьма неоднозначного и очень энергичного священника главой Святого Престола.
И сейчас этот властный человек находился в зале отбытия лунного космопорта без вооруженной охраны, и одет он был достаточно непривычно. На нем не было кардинальских алых одежд, а только простая черная сутана, как у странствующего монаха, препоясанная длинной веревочкой, а с головы был откинут глубокий капюшон, который открывал сильное лицо с ясными сапфировыми глазами и черные тугие локоны, слегка посеребрённые сединой.
- Крестный приперся, - передернул плечами Лекси и зло фыркнул, - что тебе надо?
- Все просто один к одному складывается, - Александр светло улыбнулся. - Я заезжал к брату, чтобы забрать тебя, но мне сказали, что ты собрал вещи и отправился в лунную гавань. Это просто промысел Божий, что ты здесь. Пошли, сынок, наш корабль отправляется с восьмого причала, и там ждут только нас.
- А с чего ты взял, что я поеду с тобой? - оторопел Лекси, - у меня другие планы…
- Нет, Лекси, - Александр печально улыбнулся, - ты поедешь со мной. Достаточно ты жил без родительского присмотра. Я очень виноват перед тобой и перед другими людьми, ведь я взвалил им на плечи свою ношу. Мое эгоистичное желание быть не только священником, но и омегой доставило окружающим много боли и страданий. Пришло время покаяния и принятия содеянного. Я оставил службу в Ватикане, сложил с себя кардинальскую сутану. Я дал этому миру умного и сильного папу, он сможет привести свою паству к Царству Божьему, а мне пора принять ответственность за собственный грех. Я сегодня уже просил прощения у Теодора и Доминика, и рад, что смог увидеть и Тиграна, теперь мне не придется лететь на Сабах, чтобы молить о прощении.