Фургон окружили все впятером – никто на нас не смотрел, хотя внутри него слышалась какая-то возня. Я отодвинул полог, ничего не увидел, вскочил внутрь и зажег
За мной в фургон скользнул Ильк и стал гладить сестру. Пожалуй, тут мы справились. Гасим фонарь.
– Чинк, что там с Анкусом?
– Наши зашли в домик. Пойдем помогать?
– Нет. Залезай в фургон, а Ильк – на место возчика.
Меня все стали слушаться – хорошо. Сам все-таки не выдержал и подошел к домику, где держали шамана. Там возня получилась погромче… но почти сразу наружу вылезли все трое наших.
– Удача?
– Да, Ранк. Двоих положили. Все по плану?
– Да, бегите. А мы поехали.
План удался… ну, почти. Потому что, когда Ильк взялся за хлыст и стал командовать лошадью – она заржала так, что откликнулись даже местные петухи. Кто-то ругнулся, хлопнула дверь… но мы уже выезжали с площади по дороге на Миссу. Чем мне нравилась эта дорога – она была на спуск. Чем она мне не нравилась – лес к ней подходил только в одном месте, причем вел этот лес не в сторону Анке, а наоборот – на восток, в сторону неизвестного нам ручья Тудык.
Кстати, здоровское чувство – лететь в ночи на угнанной повозке с резвой лошадью! Ильк пощелкивал кнутом, я пристроился рядом, вокруг проносились темные поля. Если нас кто-то и догонял, то он должен был отстать совершенно безнадежно. Быстрее, еще быстрее… Что…
Наверное, это должно было случиться – фургон спрыгнул с какого-то уступа, съехал колесом с дороги и опрокинулся, свалив заодно и лошадь. Затрещали доски и, кажется, сломалось колесо. В общем, приехали. Из кузова выбрался Чинк, обнимая тоненькую испуганную девочку.
– Ну вы даете, возчики! Куда теперь?
– А вон в тот лес, который поближе. Ильк – бери свою сестру. Чинк – там в фургоне есть что хорошее?
– Да там все хорошее. Только нам не унести столько.
– Короче, Ильк – ждите меня на опушке.
– А я? – возмутился Чинк.
– А ты стой на стреме.
Фургон лежал себе на боку, но внутри, конечно, случился полный бардак. Однако, у меня имелся
– Готово.
– Ранк, а чем этот ты светил?
– Магией, конечно.
– Ты что – колдун? Как Анкус?
– А ты и не заметил? Ладно, побежали.
Сестра Илька звалась Урра. Почему из всех девок Лутка грабители решили увезти именно ее? Не знаю, но… наверное, я бы тоже выбрал ее, даже теперь – бедную и зареванную. Теперь, может быть, даже особенно. Большие черные глаза, тонкие руки… странно, почему это ясно в темноте? В общем, странным образом именно сейчас я понял, что стал взрослым. Мужчиной и воином. И это – мои бойцы и женщина, которую надо сберечь. Хотя бойцов тоже надо сберечь.
– Ильк, Урра? Все могут идти? Надо забраться поглубже в лес.
– А утром?
– А утром заберемся еще глубже. Наверняка мы оставили следы, и нас будут искать.
– Голоса у дороги, – заметил вдруг Ильк.
Ага, уже прибежали… Ругаются. Мы, конечно, не на виду, а под первыми деревьями, и до дороги шагов сто, но… точно, кто-то глазастый все-таки смекнул, куда ведет примятая трава. Что-то рявкнул остальным и идет. Один. Кто же это такой уверенный? Кажется, в доспехе…
Ильк, держитесь подальше. Чинк, атакуешь первым, из-за дерева. Бей ниже панциря.
Интересно, почему мы от него не убежали? Ладно, теперь поздно… Чинк вон весь сжался перед прыжком – его уже не остановишь.
Кажется, Чинк высунулся и засветился – потому что хоб с трех шагов напрягся, взмахнул мечом и прыгнул сам. Чинк дернулся за дерево, но уйти не успел – черный бьет мечом сверху вниз, нагнувшись… получает копье под панцирь и валится на Чинка. Еще раз копьем… все.
Так, тут ничего не разобрать…
– Терпи! Сейчас…
Вытаскиваю гоблинский меч, колдую
– Еще идут.
– Чинк, можешь встать? Уходим в лес.
У хоба в нагрудном кармане сразу две карты – копье и меч. Копье внутри, меч – вот он. И еще системная сумка. Дальше разбираться некогда – от дороги идут четверо. Правда, не бегут – опасаются… Это хорошо. Гасим фонарь, тикаем…
