Раннее (сборник) полностью

{157} Едем мы / К Пассарге, к немцам пряменько на мост! – И река Пассарге, и мост через неё не раз упоминаются в повести «Адлиг Швенкиттен». Например, так:

«Мост через Пассарге оказался железобетонный, целёхонький, и проверять проходимость не надо. Левый западный берег крутой, с него уклонный съезд на мост» (Т. 1. С. 495). Оттуда, из-за реки, с восточного берега, и пытались прорваться немцы январской ночью, описанной в повести. Там они и оставались ещё в начале февраля.

{158} …товарищ капитан… – от испуга обращение по всей форме к тому, с кого сами сорвали погоны.

{159} …Под третью четверть выщерблен, / Блеснул печально лунный облонок… – А. С. был арестован 9 февраля 1945 г. Под утро 10 февраля луна проявилась на небе в виде чуть утолщенной, но исчезающе бледной буквы «С». Новолуние пришлось уже на 12 февраля.

…Из Остероде в Бродницы / Нас гнал конвой казахов и татар. – Арестованный армейской контрразведкой СМЕРШ под городом Вормдиттом в Восточной Пруссии, А. С. в ночь на 10 февраля был посажен в карцер в городе Остероде, а затем 10-го, 11-го и 12 февраля его и ещё семерых арестантов конвой гнал пешком из Остероде в Бродницы, в контрразведку фронта.

{160} …Вязанка Яну Гусу на костёр… – Ян Гус (1371–1415) – идеолог чешской Реформации, вдохновитель народного движения в Чехии против немецкого засилья и католической церкви. Приговорён церковным собором к сожжению. По преданию, увидев старушку, принёсшую для костра свою вязанку хвороста, воскликнул: «О, святая простота!»

Заголовок «Дым отечества» взят из реплики Чацкого в комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума»: «Когда ж постранствуешь, воротишься домой, / И дым Отечества нам сладок и приятен!»[141] Выделив строку курсивом, Грибоедов указал на её заимствованный характер. О тяге с чужбины «к дыму родных очагов» писал ещё Овидий<[142], использовав мотив из «Одиссеи» Гомера: «Но, напрасно желая / Видеть хоть дым, от родных берегов вдалеке восходящий, / Смерти единой он молит»[143]. Грибоедов не вполне точно цитирует более близкий источник – стихотворение Г. Р. Державина «Арфа» (1798): «Мила нам добра весть о нашей стороне: / Отечества и дым нам сладок и приятен»[144].

Отрывок из главы «Дым отечества» (от: «Всё ближе и ближе граница…» до: «Сегодня рождаюсь сызнова / Вот здесь, на твоём краю…») был напечатан под заголовком «На советской границе: Из стихотворной повести “Шоссе Энтузиастов”» в «Вестнике Русского Христианского Движения» (Париж; Нью-Йорк; М., 1976. № 117. С. 148–154.). Под отрывком – дата сочинения: 1951 и место: Экибастуз, Степлаг.

{161} Москва… как много в этом звуке / Для сердца русского слилось! / Как много в нём отозвалось! – Из «Евгения Онегина»[145].

То крест раздорожный, то очеп / За синим дымком февраля. – «Раздорожье – …перекресток»[146]. Раздорожный крест – столб-указатель на развилке дорог. «очеп, журавец – слега на перевесе»[147]. Здесь – колодезный журавль.

Я еду – как Кюхельбекер / На царский пристрастный допрос. – В. К. Кюхельбекер (1797–1846) – участник декабристского восстания, дважды стрелявший на Сенатской площади: сначала в великого князя Михаила Павловича, затем в одного из генералов, и оба раза неудачно; бежал в Польшу, но 19 января 1826 г. был схвачен в Варшаве, под конвоем увезён в Петербург и 25 января водворён в Петропавловскую крепость.

{162} …Кто в коже дублёной зипунной… – в полушубках из кожи грубой выделки.

Кружась, проплывают фольварки… – Фольварк (польск. folwark) – хутор, помещичье хозяйство, небольшая усадьба, в частности в Польше.

{163} …«Живите, живите, ребята, / Пока не узнала Москва!..» – «Живи, живи, ребята, пока Москва не проведала (старин. урал. каз.)»[148].

А нас, недомык… – Недомыка – «простофиля, несмышленый, простоватый человек»[149].

Сольдау, и Млава, и Прасныш, / И Острув, и Белосток… – Прусский город Сольдау (неоднократно упоминается в «Августе Четырнадцатого») после войны отошёл к Польше. Теперь это Дзялдово. Прасныш – ныне Пшасныш. Острув – это Острув-Мазовецка. Города перечислены по ходу поезда.

…поезд красный… – Товарные поезда из вагонов-краснух (красных телячьих вагонов) использовались для массовой перевозки заключённых. В «Архипелаге ГУЛАГе» А. С. рассказывает об этих эшелонах и этих вагонах: