Ранние славяне полностью

Такое словоупотребление Ибн Фадлана сразу поставило учёных в своеобразный тупик – это единственный[41] случай, когда автор, лично побывавший в Восточной Европе, именует «ас-сакалиба» не славян. А.Я. Гаркави предположил, что данный факт связан с тем, что славяне составляли немалое число жителей Волжской Булгарии,[42] однако такой вывод в то время не имел под собой серьёзной опоры в источниках и потому не получил распространения. Подобная ситуация, когда славянам в составе населения Волжской Булгарии не находилось места, привела некоторых исследователей к выводу о том, что у Ибн Фадлана этот термин применён расширительно, и что он в арабской традиции мог обозначать не только славян, но и население Восточной Европы говорящее на других языках: тюрок, финно-угров и т.д.[43] Однако, больше примеров такого «расширительного» употребления арабскими авторами слова «ас-сакалиба» неизвестно, что делает такое предположение очень шатким.

Д.Е. Мишин недавно предположил, что мы имеем тут дело с простой ошибкой арабского путешественника: по мнению учёного, «маликом ас-сакалиба» именовал себя царь Алмуш в послании к халифу ал-Муктадиру с целью «показать себя мощным правителем, которому повинуются многие народы, и с которым, следовательно, выгодно поддерживать союзнические отношения», что и отразилось в «Записке» Ибн Фадлана.[44] Но и это объяснение не выглядит убедительным. Во-первых, возникает вопрос: почему Алмуш в числе своих (реальных или мнимых) подданных так выгородил славян? Это не находит никакого объяснения. Во-вторых, Д.Е. Мишин не учёл того, что название Алмуша «государем славян», а его подданных – «славянами» исходило именно от самого Ибн Фадлана, в то время как сам Алмуш называл себя «царём Булгара»:

на его минбаре уже провозглашали за него хутбу: «О, Аллах! сохрани (в благополучии) царя Балтавара, царя Булгара»[45]

он (хатиб) стал провозглашать за него (царя) хутбу: «О, Аллах! сохрани раба твоего Джа'фара ибн-'Абдаллаха, повелителя (эмира) Булгара, клиента повелителя правоверных»[46]

Это говорит о том, что в определении жителей Среднего Поволжья как славян Ибн Фадлан просто следовал определённой традиции, сложившейся в арабском мире, другие примеры которой были приведены выше. И у нас есть все основания полагать, что за этой традицией стоял реальный исторический факт – проживание в Среднем Поволжье «именьковцев» и, возможно, их потомков. Поэтому в объяснении употребления этого слова Ибн Фадланом мы считаем логичным вернуться к позиции А.Я. Гаркави.[47] Это тем более логично сделать, что, согласно свидетельству Ад-Димашки, паломники из Волжской Булгарии, бывшие в 433 г.х. (1041-1042 гг.) в Багдаде, на вопрос, кто они, отвечали, что их народ – это смесь тюрок и сакалиба.[48] Данное свидетельство полностью подтверждает позицию тех археологов, которые говорят о включении потомков «именьковцев» в состав населения Волжской Булгарии. В этой связи интересно, что в описании Ибн Фадланом быта жителей этой страны имеются как элементы кочевой жизни (юрты), так оседлой (дома, земляные ямы для хранения зерна и т.д.).

Любопытное предание, также, вероятно, связанное с населением именьковской культуры, передаёт Гардизи в своём сочинении «Зайн ал-Ахбар» (XI в.):

«< Один из вождей ас-сакалиба был вынужден удалиться из родных мест, т.к. совершил убийство румийца>… он пришел к хазарам, и хакан хазар принимал его хорошо, пока он не умер. Следующий хакан, однако, был сильно настроен против него, и он вынужден был уйти из этого места. Отделившись вновь, он пришёл к Басджирту.