— Если бы все было так просто. Но они же ведь…это… хоть не спят вместе? — стеклянный сосуд немного дрожал в руке из-за нервов, и юноша не раздумывая сделал глоток красной жидкости. Немного терпкий напиток приятно обжег горло, и он, решив не наглеть, вернул фужер владельцу. Тот лукаво ухмыльнулся, и парень некоторое время не мог понять причину чужого хорошего настроения, пока не вспомнил надоедливых девчонок, которые так и норовили отпить из его чашки за обедом, чтобы получить какой-то непрямой поцелуй. Гарри мученически застонал и прикрыл лицо руками, чтобы не видеть чью-то чересчур довольную рожу.
— А что в этом такого? Это довольно приятно, если, конечно, подойти к этому с умом. К тому же, они не маленькие, как некоторые, а значит, вполне могут «спать» вместе. На самом деле, сам процесс мужской близости ничем не отличается от близости с женщиной. Хотя, по моему мнению, ощущения намного острее и…
— Оууу, заткнись! — вскакивая с кресла, выпалил Поттер: — Не хочу слушать от тебя еще и лекцию по половому воспитанию.
Задорный смех наполнил комнату, и парень точно залюбовался бы им, если бы не ощущал, как от стыда начинают гореть даже уши.
— Боже, Гарри, какой ты еще ребенок! — давясь смехом, произнес мужчина, который сейчас растерял всю свою напускную важность. Юноше захотелось бросить в того, чем-то тяжелым, ну или заклинанием каким-то, чтобы Экриздис, наконец-то, прекратил над ним издеваться. — Я сейчас окончательно уверился в том, что ты даже с девушками еще не пробовал. Значит, герой магической Британии и по совместительству любимец всех барышень и парней — девственник?!
— Ну, меня, по крайней мере, никто не называл одуванчиком, — сквозь зубы процедил подросток, демонстративно отворачиваясь от собеседника. Чужая насмешка больно царапнула по его самолюбию. «Зато я попробовал бы с тобой!» — уязвленно выдало собственное сознание, и Поттер понял, что окончательно слетел с катушек. Гарри прекрасно понимал, что между ним и Себастьяном есть что-то странное и, видимо, передающееся по воздуху, и что это, увы, далеко не магическая простуда, но признаться даже себе, что он по уши влюблен в бывшего дементора было стыдно. Подобные связи между мужчинами не раз порицались Дурслями и их друзьями, когда те собирались на свой шабаш, и парень, с детства находившийся под постоянным гнетом, в глубине души до сих пор боялся того, что его сочтут грязным и неправильным. Сам-то он относился к таким отношениям нормально, но подсознательно боялся их как огня. Лорд дементоров мог отпускать в сторону нерадивого ученика насмешки и вести себя откровенно отвратительно, но иногда Себастьян одаривал его такими взглядами, от которых подростка бросало в нереальный жар, как будто он вновь ощущал на себе действие Адского пламени.
За своими терзаниями он и не заметил, как Экриздис вплотную подошел к нему. Когда юноша поднял голову от пола и натолкнулся на пристально вглядывающиеся в его лицо глаза, то резко отдернулся, ощущая, как краска вновь подступила к щекам
— Почему ты так на меня реагируешь?
— А как я должен реагировать, когда ты незаметно подкрадываешься ко мне?
— Я не об этом. Почему ты смущаешься?
— Я не… Не говори глупостей. Я, пожалуй, пойду. — Стараясь не смотреть на собеседника, торопливо выпалил Поттер. Он не успел сделать и двух шагов в сторону спасительной двери, когда его резко схватили за руку и потянули назад. Парень попытался вырваться из чужой хватки, но темный маг в ответ на его действия лишь сильнее сжал ладонь, заставляя Поттера поморщиться от легкой боли.
— Себастьян, что ты творишь? Отпусти меня! — зло процедил юноша сквозь стиснутые зубы. Мужчина лишь иронично вскинул бровь на его слова, но руку так и не убрал.
— Ты не ответил на мой вопрос! К тому же мы так и не закончили тогда наш разговор, а ты, Гарри, постоянно меня избегаешь. Странно получается: возле дементора ты чувствовал себя вполне уютно, а возле человека ощущения не комильфо?
— Это сложно, Себастьян, чертовски сложно… — честно произнес подросток, отводя взгляд в сторону. Он не был готов обсуждать их отношения, особенно сейчас. Парень никогда не задумывался о любви, считая, что все само собой случится когда-нибудь. А когда «случилось» то понял, что боится своих чувств… Как бы ему не нравился Себастьян, но поверить в то, что лорд дементоров испытывает к нему настоящую романтическую привязанность, было слишком сложно. Но от этого не менее желанно.
— А может все гораздо проще, чем ты себе надумал, Гарри? — серьезно поинтересовался мужчина, свободной рукой поворачивая его лицо за подбородок к себе. Парень отдернулся от чужой ладони — то, что сейчас происходило между ними, ему абсолютно не нравилось. Он ощущал себя подопытным кроликом, на котором собирались провести какой-то эксперимент. Экриздис умел быть жестоким и властным, но никогда прежде не применял подобные качества характера по отношению к нему. Гарри упрямо поджал губы, чувствуя, как внутри вопреки доводам разума слышаться отголоски страха.
— Это для тебя все просто, а для меня нет! — резко выпалил Поттер.
