Но мы же не пара влюбленных! Мое недоумение было искренним и вполне беззлобным. Мы – просто друзья. Мой итальянский далек от совершенства, поэтому я не склонна была вдаваться в объяснения. Он был немногословен и лишь кратко извинился. На этом инцидент был исчерпан. Я не придала этому особого значения, и мы продолжали еще перезваниваться некоторое время. Как-то раз, в Рождественские каникулы, я позвонила ему чтобы «подзарядить свою севшую батарею» его солнечным итальянским позитивом. Мне ответил женский голос. Я умолкла в замешательстве. В следующее мгновение растерялась еще больше, поняв, что голос принадлежит моей коллеге Екатерине, возглавлявшей нашу делегацию на последнем семинаре. Она безапелляционно сообщила мне, что Даниэле не может мне сейчас ответить, но она может передать ему все, что нужно. Да, он сейчас в Москве. Да, она находится рядом с ним… дела…
А на следующий год, поинтересовавшись у коллег почему Екатерины нет в списках участников семинара, я с удивлением узнала ошеломляющую новость. Екатерина теперь, оказывается, живет в Болонье. Вышла замуж за Даниэле. Никто из моих знакомых не комментировал случившееся в моем присутствии. Но в их глазах читалось недоумение по поводу моей нерасторопности, недальновидности и наивности. Ведь, несколько лет они с любопытством и интересом наблюдали как итальянец ухаживал за мной. И только я не обратила на его старания ровным счетом никакого внимания. Ну ни разу не вызвал он у меня интерес как мужчина, ни на минуту мое сердце не забилось сильнее рядом с ним. А мысли о близких отношениях «для здоровья» или о браке по расчету, видимо не были заложены в алгоритм моей жизненной программы общения с противоположным полом при рождении. Увы! Вот так! Эта штука под названием любовь… появилась в моей жизни, а я опять оказалась не готова…
Тот поцелуй за сценой изменил всю мою жизнь, но резких перемен в наших отношениях за ним не последовало. Официальные поцелуи на светских тусовках – не в счет. Все развивалось своим чередом: работа, проекты, семья, дети. Обычная для большинства людей история. Но ты никогда не был для меня обычным человеком. Ты был недосягаемой Звездой, небожителем. И ты продолжал сиять на богемном небосклоне одинаково ярко для всех. А я не могла уже жить вне света этой далекой прекрасной звезды.
Мне в голову даже не приходила мысль о том, чтобы подойти поближе, обратить на себя внимание. Я была счастлива уже тем, что мне позволено находиться где-то на краю твоей Вселенной, получая свою малую толику божественного света и зная, что иногда я могу что-то для тебя сделать в благодарность за это.
Так продолжалось примерно пять лет. Пятилетка «ударного труда» и «великих свершений». Я уже кое-чему научилась, у меня появились собственные проекты. Однако, начало моей главной дороги было далеко впереди. Пока я лишь блуждала по проселкам, пытаясь понять по какому пути двигаться дальше.
Несколько раз в год мы встречались на каких-нибудь семинарах или мероприятиях. И тогда, в эти редкие моменты наших встреч, я ловила каждое твое слово, старалась запомнить твою улыбку. Чтобы потом надежно спрятать их в укромном уголке моей памяти и наслаждаться ими в те редкие минуты, когда мне удавалось принадлежать самой себе.
Это случилось предсказуемо и, вместе с тем, невероятно неожиданно. Мы одновременно вышли на перрон вокзала в Казани. Наши поезда отходили от соседних платформ. Ты уже помахал мне рукой на прощание. Потом вдруг предложил помочь донести чемодан до вагона. Там, у вагона, ты тогда поцеловал меня по-настоящему… Мы оба были безумно влюблены. Я это знала, чувствовала. И это было удивительно. Мои чувства были вполне объяснимы. А вот что произошло с тобой? В моей голове это не укладывалось. Я точно знала, что это не скоротечный роман, не легкая интрижка. Это – настоящее, глубокое чувство на всю жизнь. Это было прекрасно и ужасно одновременно. Прекрасно потому, что миллионы людей проживают целую жизнь так и не испытав настоящей любви, не узнав взаимности. Нам же было даровано это счастье. Однако, открыв для себя свои чувства, мы должны были сделать выбор. И эта необходимость стояла перед нами неумолимо и не было возможности получить отсрочку или хоть какое-то послабление.
