– Не в обиду будь вам сказано, коллега, – проговорил он с сожалением, – но Огненная принцесса не та партия, которую я хотел бы для своего потомка. Нет, мисс Леса девушка наделённая массой достоинств, в том числе и не свойственных девушкам. И дело вовсе не в том, что она принцесса третьего ряда наследования после своей матери и бабушки. И даже не в том, что её королевство придётся ещё найти и возможно отвоевать. Раньше меня раздуло бы от гордости, узнай я, что мой сын, внук или такой вот отдалённый потомок может породниться с королевской семьёй, а теперь… Теперь я предпочёл бы видеть его невестой румяную пухленькую крестьяночку.
– Ай, ай, сэр Мальтор! – покачал головой Механикус с шутливой укоризной. – Вы мечтаете воспитать непобедимого воина, а готовите ему судьбу труженика-домоседа?
– Вы правы, коллега, вы правы! Но этого в любом случае не будет.
– Почему?
– Хотя бы потому, что нашего с вами мнения никто не спрашивает. Всё просто – мисс Леса не пошла в Торговый город, я это понял ещё на полдороги. Она куда-то свернула, и я сильно разочаруюсь в своём потомке, если узнаю, что он не свернул за ней.
– Ах, вот как! Но что же вы предлагаете? Нам-то что делать, идти за ними?
– Боже упаси! В таких делах наше с вами вмешательство только повредит. Сами управятся. А нам прямая дорога туда.
Сэр Мальтор указал на сплошное огненно-радужное сияние, затопившее Торговый город.
– Что ж, попробуем разобраться, что здесь к чему, – согласился Механикус. – Может, что-нибудь удастся исправить.
И они вошли в ворота, словно затянутые радужной плёнкой.
– Почему ничего не выходит?!
Сэр Галль яростно врезал по стеклу кулаком, за которым только что стоял вполне человеческий с виду парнишка лет двенадцати. Только что стоял, а теперь то, что от него осталось, ушло в дыру в боковой стенке.
Михал уже не мог смотреть на этот кровавый кошмар. Он не раз и не два в жизни вступал в единоборство с монстрами. Когда-то одна такая тварь сделала его вдовцом, а Стефана сиротой, в клочья, разорвав его первую жену, красавицу Леславу… Но теперь сердце старого охотника сжималось даже тогда, когда сверкающие фрезы превращали в груду бесформенных кусков молоденькую кобылку пауконя. А теперь ещё этот мальчишка!.. Неужели он тоже монстр?
Да, было в нём что-то нечеловеческое. Нечеловеческое совершенство, нечеловеческая красота, будто он был не живым существом, а произведением искусства, вышедшим из-под резца скульптора, какие Михал видел среди находок вездесущих разведчиков Форта Альмери. (Они ведь не только железяки из экспедиций притаскивали.)
Все провода и кабели, которые шли к гигантской машине смерти были обрублены, обкусаны или вырваны с корнем. Но никакого эффекта достигнуто не было. Не погасло свечение ни в одной из кабинок, и процесс непрерывных казней не остановился ни на секунду. За скорпибараном – волкокрыс, за котобогомолом – пауконь, за мантикорой вот этот вот пацан. Михал всё же попытался разрубить стекло топором, но не смог даже поцарапать его. Выстрелы в упор тоже не помогли.
Непонятно было, как жертвы попадают в свои последние апартаменты? К ячеистому строению не примыкало никаких других сооружений. Не было здесь и дверей, ворот или чего-либо подобного. Видно было, что юных монстров кто-то или что-то внутрь вталкивает, но кто или что это ни у кого не получалось разглядеть.
– Мы можем чем-нибудь помочь?
Михал обернулся. Перед очень хмурым Галлем стоял Гадюка – заместитель Гюрзы и нынешний командующий отрядом присланным Ханной из Золас-града.
– Я, кажется, ясно сказал – не ходить за нами?! – прогремел сэр Галль, багровея.
– Прошу прощения, сэр! – не моргнув глазом, ответил парень. – Вас слишком долго не было, а у нас чёткие инструкции наставницы Ханны – вмешиваться в любом подозрительном случае, не дожидаясь специальной команды.
Михал подумал, что Галль сейчас разнесёт мальца за самоуправство, но он вдруг успокоился и спросил:
– Ты здесь один?
– Нет, мы здесь все, – ответил Гадюка.
Он сделал странный жест, и элитный отряд появился из-за окружающих предметов, углов и выступов. Кто-то даже выглянул с самой верхушки палачёвской машины. Михал, хоть и числился давно уже среди старейшин Междустенья, всё ещё гордился своими превосходными качествами охотника – отличным зрением, слухом и особым чутьём, помогающим увидеть зверя, затаившегося за непроницаемой преградой. Но даже он не почувствовал как бойцы элитного отряда подошли к ним так близко.
– Хм… – задумчиво произнёс Галль и тут же перешёл к делу. – Нам необходимо отключить вот эту систему, но мы не знаем, как это сделать.
– Каа, это по твоей части! – обратился Гадюка к кому-то из своих.
Вперёд выступил худощавый подросток самого заурядного вида. Он, как и Галль, сразу заговорил о деле:
– Кабели, которые вы перебили, видимо питали второстепенные агрегаты, не оказывающие влияния на основной процесс…
У Михала во время таких разговоров быстро начинала болеть голова, и он решил ретироваться, однако в спину ему всё ещё неслись обрывки учёного разговора:
