– Это приказ! – заорал отец на своих чад, так, что те отшатнулись, будто он залепил им по оплеухе. – Разбирайте, закрывайте и что есть мочи вверх по лестнице – освобождать и закрывать верхнюю дверь.
– А как же?..
– Ещё слово и я пристрелю обоих за дезертирство!
Они больше ничего не спрашивали, работали, молча и вскоре, взглянув исподлобья на отца, захлопнули дверь. Галль закрыл дверь со своей стороны, потом проверил ту, которую закрыли его дети и хорошенько затянул поворотное колесо, которое затягивало дверь, вдавливая резиновые уплотнители. Снаружи это было сделать нельзя, поэтому приходилось остаться внутри шлюза в компании с поломанными скелетами. Наконец, он вздохнул с облегчением. Больше он сделать ничего не мог. Через двойное препятствие смерть уже не прорвётся, а через третье и подавно, если только у неё нет потайной лазейки. Обе двери здесь имели круглые окошки с такими стёклами, что не взяла бы и пуля. Галль заглянул в такое окошко со своей стороны. Всё пространство огромных помещений, где выращивались монстры, было заполнено белым, как молоко, туманом.
Рарока спасла худоба, приобретённая им за последнее время – две рассвирепевшие свиноматки набросились на него одновременно, и, уворачиваясь от одной из них, он оказался между ней и её подругой, как между скачущими пригорками. Гладиатор едва успел вскинуть руки, чтобы сделаться ещё более тонким и крутанулся на месте, как танцор, когда его бока обожгло, словно по ним с силой провели наждачной бумагой. Будь он чуточку упитаннее, его бы сбили с ног и затянули под копыта, а так он отделался содранной кожей и лёгким испугом. Но это было далеко ещё не всё!
Быстроногие самки, увлекаемые инерцией, улетели куда-то в кусты, но тут Рарок оказался носом к носу с престарелым седым секачом, который ввиду возрастной медлительности прибыл к месту схватки четвёртым. «Вожак?» – промелькнуло в голове гладиатора, но обдумывать этот вопрос было некогда. Новоприбывший может и был старше и медленнее первого самца, но зато вдвое превосходил его размерами, а злобой и свирепостью – вдесятеро!
Громадные челюсти сомкнулись на том месте, где только что был человек, который, демонстрируя незаурядный навык в акробатике, делал сальто назад, успешно избегая здоровенных клыков. Правда, едва-едва избегал. И тут он услышал сзади знакомый визг. Это первый из напавших на него кабанов снова пошёл в атаку! Впору было птицей взлететь в воздух, но Рарок побоялся, что не сможет достаточно высоко прыгнуть и тогда его участь будет столь же печальной, как участь комара попавшего меж двух ладоней во время хлопка. Вместо этого он резко пригнулся, съёжился и, превратив своё тело в клубок, не самым героическим образом откатился в сторону.
Ему снова повезло – ни одно из копыт, способных превратить человеческую голову в блин, не задело его. Зато пролетевшая сверху туша со звуком тарана, крушащего крепостные ворота, врезалась прямиком в своего папаню, который, конечно не стерпел и дал обидчику хорошего леща! Завязалась потасовка, оказаться в центре которой было не менее опасно, чем подвергнуться прямому нападению. Рарок на четвереньках попытался покинуть поле битвы, но обнаружил, что стал виден для скандальных свино-дамочек, вернувшихся из кустов. К тому же к ним на подмогу пришли ещё несколько членов стада не занятых присмотром за поросятами.
«Сколько мяса за один раз!» – подумал зачем-то гладиатор, но вдруг почувствовал невольное отвращение к свинине. Это он-то, который всегда любил хорошо пожрать, а сейчас из-за своего невольного поста вынужден вести полуголодное существование, чтобы постепенно приучить организм к нормальному объёму пищи.
Рарок привстал на одно колено и, держа меч наизготовку, оглянулся. Два секача отчаянно верещали, катаясь по кустам, превращая небольшую плешь среди зарослей в широкую прогалину. Остальные хрюндели, обоих полов, стояли вокруг него и грозно повизгивали, готовясь к атаке. Их было уже десять, а может пятнадцать, и им не было нужды применять свои острые бивни – достаточно просто пробежать по врагу всем стадом…
– Эй, хватайся! – раздалось откуда-то сверху, и Рарок увидел Василя, висевшего вниз головой на ветвях и протягивающего ему руки.
Гладиатор не заставил приглашать себя дважды, а просто бросил меч в ножны и ухватился за маленькие, но невероятно сильные кисти, этого странного парня. (Дядя Лесы, кто бы мог подумать?!)
Мир ушёл куда-то вниз, и гладиатору показалось, что он сейчас взлетит к облакам! Но он не взлетел, а закачался вместе с Василем на верхушке высокой берёзы, неведомо как затесавшейся среди дубов. Когда их перестало мотать из стороны в сторону, стало понятно, что до спасения ещё далеко. Земля вокруг берёзы оказалась основательно вытоптана, до ближайших деревьев далековато, чтобы прыгнуть, а гигантские хрюшки отступать не собираются.
