Он нахмурился, оторвал маленький ломтик мяса, и снова попытался ее накормить.
— Съешь хотя бы один, — Лорен взяла протянутый кусок и засунула в рот. Металлический вкус холодной крови был ужасен, и его пришлось еще и долго жевать. Лорен не выдержала, и почти сразу проглотила мясо. — Съешь еще.
— Нет. Я больше не осилю. Лучше поверь мне на слово. Ты не захочешь смотреть, как меня тошнит, — у нее скрутило живот. — Я продержусь до завтрака. — «Надо надеяться, что к завтраку я выберусь отсюда».
140 вздохнул, выглядя немного разочарованным, но спорить не стал. Он разделил ее порцию мяса на четыре части, и угостил других мужчин. Они больше не разговаривали даже после того, как закончили свой быстрый ужин, и Лорен прислонилась к стене клетки. Она устала, и казалось, будто прошла уже целая вечность.
Звук шагов привлек внимание Лорен и из коридора вышел Марк, остановившись в шести футах17 от ее клетки.
— Я им позвонил, и они одобрили сделку. Сейчас уже собирают мне деньги и готовят документы неприкосновенности, — Марк выпятил грудь. — Я сказал им, что настаиваю на том, чтобы все было задокументировано, таким образом, у меня будет доказательство искренности их намерений. Они обещали сделать все к трем часам. Я уеду, и ОНВ ворвутся сюда сразу же, как я дам им адрес, — он вытащил маленькую камеру и медленно заснял все клетки. — Мое доказательство, что все вы живы и здоровы.
— Сделка распространяется на всех нас? — Лорен волновалась об этом.
— Да. Ты, они и женщина в подвале.
Лорен поглядела на 140 и увидела на его лице облегчение от того, что его пару тоже освободят. Она не могла его винить. Он сказал, что женщина больна. Лорен надеялась, что болезнь не слишком серьезная, и медицинский штат Хоумленда легко с ней справится. ОНВ удостоверится, что эту женщину будут лечить самые лучшие врачи, ведь Новые Виды очень хорошо заботились о своих людях.
— Пойду собираться, — сообщил Марк. — Мне еще нужно придумать, где я хочу жить.
Он тут же ушел и выключил свет. Лорен было жаль, что они остались в темноте, но ублюдок уже получил свое и больше не заботился о них. В груди Лорен все сильнее разгоралась надежда. Она надеялась, что Марк не забыл назвать ОНВ кодовое слово и кто-нибудь озаботился понять его значение. В крайнем случае, они могли бы позвонить Аманде, которая сразу же вспомнила бы их старый притон.
Рас умный и он обо всем догадается. Лорен свято в него верила. Она потерялась во времени, и не могла даже сказать, ночь ли сейчас или по-прежнему ранний вечер. Все, что она могла делать, это сидеть в темноте и ждать. Это было отстойно.
— Тебе не холодно? — неожиданно спросил 140.
— Все в порядке. Немного прохладно, но я и не подумаю прикоснуться к тому одеялу. Оно так воняет, что я даже боюсь предположить, где оно успело побывать и что с ним делали.
— Мудрое решение, — засмеялся он. — Иди сюда и я тебя согрею.
— Спасибо, но нет.
— У меня есть женщина. Я не попытаюсь на тебя взобраться.
— Вы чертовски прямолинейные, да? У меня есть мужчина, и я люблю его. Ничего личного.
— Иди сюда. Я просто к тебе прижмусь. Наши тела теплее ваших.
Лорен колебалась.
— Никакого сексуального подтекста?
— Нет. Я же сказал, что у меня есть пара.
— И что это значит?
— Я не хочу другую женщину. Я хочу взбираться только на свою.
Снова это слово «взбираться». Лорен по-прежнему немного сомневалась, но все же решила согласиться.
— Хорошо. Ты где? Я ни черта не вижу.
Большие нежные руки обхватили ее за талию. Лорен ахнула, когда 140 притянул ее ближе и, положив на бок, подложил ей под голову свою руку в качестве подушки, а второй рукой крепко обнял. Лорен оказалась тесно прижата к незнакомцу. 140 просто обнимал ее, не совершая никаких поползновений, и возле него было действительно тепло.
— Спасибо, — расслабилась Лорен. — Ты теплый.
Он положил подбородок ей на макушку.
— У тебя переохлаждение. Твоя кожа гораздо холоднее, чем была сегодня днем.
— Ты помнишь температуру моей кожи?
— Я все подмечаю. Все мы так делаем.
— В этой комнате только другие мужчины Видов и больше никого?
140 поднял голову.
— Да.
— Если я буду говорить шепотом, то все вы сможете меня услышать?
— Да, — его тело напряглось. — Но зачем?
— Кто-нибудь еще сможет меня услышать? У них здесь есть камеры и устройства для прослушивания?
— Поблизости нет ни одного. Я почувствовал бы запах, — 140 казался уверенным.
— Я только что обманула этого человека насчет звонка в ОНВ. Я надеюсь, что нам очень скоро пришлют помощь. Хоумленд отслеживает все входящие вызовы, и сможет узнать, где мы находимся. Сюда нагрянут, чтобы освободить нас, еще до запланированного обмена. Я просто не хочу, чтобы любой из вас испугался, если они сюда ворвутся, — прошептала Лорен.
Руки на ее талии напряглись, сжимая на грани боли.
— Они убьют нас?
Лорен знала, что он имел в виду себя, свою пару и мужчин в клетках.
— Нет. Они — твои люди, 140. Они придут спасти вас. Они работают с моим видом, и я не хочу, чтобы кто-либо из вас был встревожен, если они сюда войдут.
Его захват ослабился.
— Я боюсь надеяться на свободу.
— Понимаю.
