— Взаимно, — ответила она, менее энергично, но искренне. — Выглядишь… лучше. Намного лучше, в сравнении с нашей последней встречей.
— Хах, спасибо. Прошу, присаживайтесь, — брюнет указал на выбранный столик.
Вы, должно быть, хотите знать, какая же история связывает Кохину и Джейсона? Вновь не обошлось без S-19. Так же, как Накамура получила от Объекта левую ногу, Кидману он вернул утерянную правую руку. Юноша и японка оба прошли через полагавшуюся им терапию в одном лечебном заведении, оба ходили на курсы поддержки. Оба были по-своему сломаны, после событий в Вашингтоне. Джейсон, возможно, даже в большей степени, чем Кохина: первые шесть месяцев после случившейся бойни, парень на себя был не похож, страдал тяжёлой формой депрессии, на фоне психологической травмы. В похожем состоянии он находился после той, самой первой встречи с Асурой.
Кохину же он заинтересовал, поскольку Джейсон был одним из последних, кто видел S-01 живым. Она знала, что Кидман как-то приложил руку к исчезновению Асуры, поначалу, даже ненавидела его. Но, пообщавшись с парнем, учёная поняла, что он, похоже, и сам сожалеет обо всём, что случилось в тот день. Можно сказать, что этих двоих сплотили физические и душевные раны.
— Итак, — начала японка, поставив наполовину опустевший стаканчик с кофе, — зачем ты приехал, Джейсон?
— Хотел повидаться и посоветоваться. Я… Я решил вернуться в дело. Скоро, мне выдадут новый спец-отряд, и снова буду руководить миссиями по захвату Объектов, — заметив, как широко распахнулись глаза Кохины, парень добавил: - Да, полтора года — перерыв немалый, но я уже сдал все тесты и доказал, что мои навыки ничуть не ухудшились.
— Я не понимаю. Ты ведь говорил, что больше не будешь во всём этом участвовать. Разве ты не переосмыслил своё отношение к Объектам?
— Переосмыслил. И в течение всего этого времени, я держался от Организации и Объектов как можно дальше. Вот только… Вам ведь известно, что сейчас твориться в мире? — японка недовольно нахмурила брови и кивнула. — Борьба двух рас за выживание идёт не переставая, с того самого дня, как Первый Объект убил президента Соединённых Штатов. Люди совершают самосуд, а Объекты ежедневно убивают целые семьи в их домах. Хаос, анархия, массовая истерия, пропаганда геноцида распространяется не только среди Объектов, но и среди людей.
— Да… Мир превратился в такое шумное место. Признаюсь честно, я уже несколько месяцев не покидаю эту базу, потому что знаю, что как только я окажусь в городе, услышу все эти переполненные ненавистью речи, увижу эти идиотские билборды с призывом «убивать во имя человечества», мне станет тошно, — Джейсон понимающе закивал.
— Я больше не могу оставаться в стороне. Не имею на это права. Под моим началом, спецотряд будет, как прежде, стараться по возможности захватывать Объекты живыми, а не убивать их без разбора. Может быть, это лучшее, что я могу сделать в данной ситуации. А может, дело в том, что я просто ничего другого-то и не умею, ведь я всю свою жизнь посвятил военному делу. Моё решение вернуться в ряды Организации — это альтруизм или эгоизм? Хотел бы я знать, — юноша горько ухмыльнулся, прикрыв глаза. Между ним и учёной затянулось молчание.
— …Джейсон, знаю, я спрашивала уже сотню раз, но, скажи, ты до сих пор не вспомнил, что же тогда случилось в Вашингтоне? — Кидман долго смотрел японке в глаза, затем тяжело вздохнул.
— Я уже говорил: там творилось что-то странное. Девчонка, S-536, что-то с ним сделала, потом он убил Эрика Якобсена, и с телепаткой тоже расправился. Он был… не похож на себя. Последнее, что помню — я в него стрелял, а он выбросил меня из окна Белого Дома. Тогда, я здорово приложился головой и отрубился, а когда проснулся, все Объекты уже исчезли, Белый Дом был разрушен, а я был покрыт в какой-то странной чёрной слизи. Это всё. Больше я ничего не помню, — на лице у японки, надеявшейся на какие-то новые подробности, было написано разочарование. Джейсон издал тихий смешок, а затем снял одну из своих кожаных перчаток, обнажив бледную правую руку без ногтей, которая выглядела так, словно он пролил на неё соляную кислоту. — Это так странно. Всю свою жизнь я мечтал убить S-01. Я думал, что когда он умрёт, я испытаю невероятное счастье, облегчение. Но я почувствовал лишь разочарование. Я жаждал честной схватки с монстром, не на жизнь, а на смерть, а в итоге послушался Якобсена и смухлевал, воспользовавшись грязными трюками той телепатки. «Это не то, чего я хотел! Не этого я просил!», — первое, о чём я подумал, очнувшись тогда. Но ничего уже нельзя было исправить.
— Ты говоришь так, словно знаешь наверняка, что Первый Объект мёртв, — Джейсон удивлённо взглянул на японку.
— А Вы всё ещё верите, что он жив?
— Кто знает, — ответила учёная, устремив задумчивый взгляд в никуда. — Кто знает…
Тем временем, в Вашингтоне, кое-кто вернулся.
