Мне нравилось чувствовать себя максимально комфортно. Я слушал рэп и был без нижнего белья, пока делал людям носы и грудь.
— Дерьмо.
Я позвонил администратору. Кто-то мог бы, по крайней мере, принести мне новый комплект халатов.
Звонок переключился на автоответчик.
Когда я снова выглянул в коридор, он был пуст. Словно вся организация вступила в секту и внезапно улетела на другую планету.
Я тихо прикрыл дверь и начал молиться, что оставил в туалете свою спортивную сумку. Открыл дверь и обнаружил, что сумки там не было. Но на полу лежали аккуратно сложенные велосипедные шорты из спандекса и желтая майка велосипедиста.
Они определенно не были моими, но какой еще выбор у меня оставался?
Чертыхнувшись, я натянул шорты и поморщился, — они так сильно обтягивали бедра, что не удивлюсь, если мой член падет жертвой от потери крови. Ха, Остин бы это понравилось! Бабник, — ее слова, не мои, — больше не сможет им пользоваться, потому что надел велосипедные шорты неподходящего размера. Потому что кто-то украл его чертову одежду!
Может, одежда исчезла, потому что я был новеньким в клинике. До сих пор, в отличие от другого нового хирурга, начавшего работать одновременно со мной, я не подвергался ритуалу дедовщины. Моя репутация – лучше всех в городе проводить увеличение груди - делала меня крайне востребованным. Я перебрал множество предложений, прежде чем выбрать эту клинику, предлагавшую хорошее продвижение. К тому же я был молод, и потому, по словам других сотрудников, мое лицо красовалось на всех скамейках и автобусах Большого Сиэтла с лозунгом нашей компании «Легко продаваться».
К черту все! Я еле влез в шорты, спандекс облегал член, как вторая кожа – выглядело это ужасно.
Затем я через голову натянул футболку и скривился, глядя в зеркало. Что ж, по крайней мере, я больше не голый. Хотя, если подумать, нагишом, возможно, было бы лучше, чем в обтягивающем спортивном наряде. Мне понадобится хренова туча времени, чтобы стянуть это дерьмо.
Я раздраженно дернул себя за длинные светлые волосы. Мне определенно нужно подстричься, особенно теперь, когда Остин исчезла с горизонта. Она была без ума от моих волос. Просто еще одно напоминание о том, что я потерял. Хотя, можно ли действительно говорить, что ты что-то потерял, когда сам отказался это найти? Пригладив волосы, я открыл дверь и высунул голову, чтобы убедиться, что никто не будет свидетелем моего позора.
Я быстро вышел из кабинета, молясь, чтобы шкафчик в раздевалке оказался открытым.
Заперто.
Другой напротив тоже. Прошло десять минут.
И я перепробовал все чертовы шкафы.
И все еще был одет как гребаный Лэнс Армстронг. Отдельные мои части явно пытались освободиться.
В подтверждение пенис болезненно сжался.
Люди носят это дерьмо? Серьезно? И потом делают детей?
Я со злостью впечатал кулак в стену. Изможденный после операции, все еще переживавший, что что-то могло пойти не так, мне всего лишь хотелось поскорее закончить рабочий день и уйти. Я быстро схватил ближайший планшет, чтобы прикрыть промежность и продолжил проверять двери в коридоре. Где все, черт побери?
Наконец, дверь конференц-зала оказалась открытой. Я знал, там должен быть кто-то, кто сможет намекнуть, где один из сотрудников спрятал мою одежду. Ублюдок.
— СЮРПРИЗ! — Комната наполнилась смехом и улыбками, пугавшими меня до чертиков и заставлявшими зайти внутрь в моем обтягивающем костюме Лэнса Армстронга. Только я был в пару раз больше этого парня, а потому больше походил на сосиску, засунутую в маленькие булочки для хот-дога.
Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не выругаться. Дело усугубляли взгляды, направленные мне между ног, которые я поймал от двух медсестер — обе не раз уже давали понять, что не против переспать.
— Ну, похоже, кое-кто не нуждается в увеличении пениса, — со смехом раздался знакомый голос.
И тогда толпа расступилась.
— Остин, — Я произнес ее имя ядовито, без капли желания. Отказывался показывать слабость, когда дело касалось девушки с бледной кожей и темно-каштановыми волосами с золотистым отливом.
Девушки, которой разбил сердце. Девушки, которую до сих пор хотел.
Которая обладала стальными яйцами, чтобы попытаться превратить меня в того человека, которым я никогда не смогу быть.
Девушка, которая ушла.
Она была пугающе прекрасной в дорогой одежде и выглядела невинной, хотя таковой не являлась.
Но и я тоже таким не был.
Остин стояла с тортом в руках.
— Мы подумали, что было бы забавно устроить тебе сюрприз в такой особенный день.
Какого черта?
— Мой особенный день, — повторил я растерянно. Почему она в моем офисном здании?
— Город Сиэтл выражает тебе благодарность за исключительный вклад в пластическую хирургию. — Она улыбнулась, размахивая перед моим носом почетной грамотой. — Я приехала собственноручно доставить это. — Она подмигнула. — Папа тоже хотел, но, ты же знаешь, он очень занят.
