Рядом с ангаром для самолёта на деревянной скамейке сидел солдат. Техник-заправщик был одет в заляпанный маслом синий комбинезон. На свежем воздухе запах керосина выветрился, и для рядового роты технического обеспечения одежда казалась вполне комфортной. Бывало и хуже: весь день возиться с техникой, изливаясь потом, с закопчёнными руками и окосевшей от паров горюче-смазочных веществ головой. А сейчас — сейчас было милое армейскому сознанию время — кайф, расслабон. Это время, когда солдата без чётко поставленной задачи оставляли ждать прибытия командира. И в этом прекрасном состоянии покоя пухлощёкий конопатый паренёк с безразличием смотрел в чёрное небо. Его грустный взгляд уходил в глубины космоса, в бесконечность. Он был уверен, что даже долететь до края Вселенной быстрее, чем ему дослужить до дембеля. Из тёмного ангара вышел низкорослый ефрейтор и пошагал к своему товарищу. Дойдя до лавки, он плюхнулся на неё. Не вынимая руки из карманов комбинезона, Малой — так звали невысокого ефрейтора сослуживцы — задрал голову в небо и тоже начал рассматривать звёзды. Спустя пару минут он зевнул, да так, что скулы хрустнули. Не сумев вернуться к созерцанию возвышенного, он решил выдернуть на грешную землю ещё и своего друга.
— Семечки будешь? — Малой насобирал горстку у себя по карманам и уже тянул кулак с угощением к рукам Юрика.
— Да, не, — рассеянно ответил конопатый.
— Как знаешь, — пожал плечами ефрейтор и засунул семечки обратно в карман.
Присмотревшись под светом Луны к другу, он спросил:
— Юрик, ты чё такой хмурной? На обеде же нормальный был.
— Да ничё, — тихо ответил рядовой.
Малого такой ответ не устроил и он легонько толкнул парня в плечо:
— Вываливай, давай! Чё случилось? Дома что-то?
— Да нормально дома всё, — Юрик сделал небольшую паузу, а затем продолжил. — Катька бросила.
— Написала, что не дождётся?
— Да, что полтора года — это долго.
— Вот сука! — ругнулся Малой и сплюнул на землю. — Но ты не тушуйся! На гражданку вернёшься — нормальную бабу найдёшь!
— Да кого? — вздохнул Юрик. — Мы с Катькой с восьмого класса вместе были. Она самая лучшая.
— Да знаешь, сколько таких Катек? Я на районе каждую неделю баб менял! Такие кисы бывают! — с наслаждением начал вспоминать Малой.
— Мне шлюхи не нужны! — резко отрезал пухлый юноша. — Катя — она другая совсем!
— Да что другая? Что в ней такого особенного-то? — не унимался Малой. — Баба, как баба. Вернёшься — найдёшь себе сладкую.
— Нет!
— Что нет? — не понял Малой.
— Таких, как Катя нет, — грустно ответил Юрик.
Ефрейтор прикинул кое-что в своей голове и осторожно задал товарищу вопрос:
— Юрик.
— Чё? — тихо ответил солдат. Всё это время он не отрывал взгляда от неба.
— А ты чё делать собираешься?
— Я объясню Кате, что она всё неправильно поняла.
— В письме? — решил уточнить Малой.
— Не знаю, — промямлил Юрик. — Но, думаю. В общем, сбегу я к ней!
Малой присвистнул и поправил кепку у себя на голове.
— Не, братан, так не катит.
Юрик продолжил с той же интонацией:
— Я сбегу, приеду к Кате и всё ей объясню! Она поймёт, что у неё просто были дурные мысли!
— Юрик, послушай, тебе это не надо!
— Что не надо? — разозлился конопатый. — Катя — моя будущая жена! Она просто переволновалась!
— В дисбат тебе не надо, дурень! — ефрейтор слегка повысил голос, чтобы оборвать фразу друга. — Тебя на первом же поезде снимут и в Мартово отправят! Ты знаешь, как там живётся?
— Нет, — буркнул Юрик.
— А вот мне старший призыв рассказывал: хуже тюрьмы! — Малой сплюнул себе под ноги. — Там ты не «товарищ солдат», там ты — моль, не человек даже! Будешь от зари до зари по плацу ползать, бегать, строевым и гусиным шагами ходить! Из «старшаков» там Белый был. Говорил, что хотел повеситься, как туда попал. На хер оно тебе надо, Юрик?!
Его друг замолчал, шмыгнув носом. Малой продолжил:
— Ты подумай, как матери напишешь: мама я еду двушку мотать в дисбат, потому что я совершил идиотский поступок! Братан, послушай меня: пройдёт время, и ты встретишь такую матрёшку, что Катя и близко не стояла!
Юрик ничего не ответил.
Со стороны взлётной полосы к ангару подходили две фигуры. Малой прищурил глаза и узнал в них патруль роты охраны «Гнезда». Это были его знакомые: Миша и Олег. Обыкновенные солдаты, похудевшие на армейском пайке. Оба среднего роста, русые, со светлыми чертами лица. В бронежилетах и касках они сейчас вообще выглядели близнецами. Когда бойцы подошли ближе, он им крикнул:
— Здорово!
Миша протянул руку, чтобы поприветствовать знакомого:
— Здоров, Малой! Сигаретки не найдётся?
Ефрейтор полез во внутренний карман комбинезона. В этот момент все четверо обменивались рукопожатиями:
— Здорово!
— Здоров!
— Привет!
После этого ритуала Юрик снова уставился на звёзды.
Наконец, Малой достал сигарету и протянул её Мише.
— И мне одну! Не обидишь? — вожделенно посмотрел на техника Олег.
— Э, алё! — возмутился Малой. — Ты мне пачку должен! Когда отдавать будешь?
— С «зарплаты» отдам, — грустно вздохнул Олег. Он называл «зарплатой» мизерное жалование солдата-срочника.
Миша показал добытую сигарету напарнику и сказал:
— Вместе покурим.
