- Не знаю, - поморщилась Ева, копаясь в кармане и выуживая-таки ключи. Она чувствовала себя вымотанной. Очень хотелось лечь и проспать часов пятнадцать, но что-то подсказывало, что бесполезно даже пытаться. - Из головы всё это не идет.
- Слишком много думаешь, - вздохнул мужчина, занося сумки в коридор. - Это была необходимая мера, а в случае с ним ещё и акт милосердия.
Медиума передернуло, в её картине мира милосердие так не проявлялось. Хотя, признаться честно, она и сама не видела выходов из ситуации, но... может, был хотя бы шанс, что ему помогут? Есть же специальные учреждения, а у него явно не в порядке с психикой. Курс таблеток, может несколько курсов, может не одних таблеток, но это был бы шанс вернуться к нормальной жизни, а не... то, что произошло там.
Она попыталась донести свою мысль до Льва, но тот только смерил её скептическим взглядом:
- Это говоришь ты, сейчас. А охота-то велась за ней. К тому же, - он повернулся, выкладывая остатки продуктов на стол. Наклонился, чтобы засунуть макароны в полку под окном и почему-то Еве на мгновение захотелось схватить тяжелую вазу со стола и огреть его по затылку. Она мотнула головой, прогоняя странное видение, а Лев, тем временем, ничего не заметив, продолжил.
- Парень достаточно повертелся в нашем мире, много с кем познакомился и кое-чему научился. Думаешь, он долго оставался бы в психушке? А кто его искать-то будет потом. Удрал и удрал.
- Ты как-то слишком много об этом знаешь, для того, кто в этом времени всего пару недель, - фыркнула девушка, не желая признавать свою неправоту. Внутри опять поднималась волна недовольства. Что-то было не так, как должно было быть и её это раздражало.
- Тебе напомнить, что я взял тело наркомана? Он в подобных местах уже бывал, - хмыкнул Лев. - Наркология - это немного другое, конечно. Но не думаю, что в отношении к побегам там есть большая разница. У них просто не будет на это ресурсов - он ведь никого не убил, так? И опасным пока не считается.
"Может, он и прав", - подумалось Еве, но тут на девушку накатил приступ мутной головной боли, от которой режет в глазах и хочется спрятаться от шумных мест в темный, прохладный бункер.
Может прав, может не прав. Какая, в сущности, разница, если её волновал совершенно не полузнакомый парень, а то, что сделала Васса? Не её же будут держать в психушке. Хотя если сравнивать, опасной оказалась именно она.
- Эй, ты в порядке? - взволнованный голос Льва пришел откуда-то издалека. Ева только сообразила, что зажмурилась и отступила от кухни назад, в коридор.
- Всё хорошо, - она сама отстраненно удивилась своему резкому тону - никогда так не разговаривала, тем более со Львом. -Устала, вот и все. И тем более, тем более...
Она запуталась, уже не соображая, и забыв, о чем говорила раньше. Боль мешала сосредоточиться и вычленить разумную мысль. Вертелись какие-то обрывки, как в бредовом сне, из которого никак не получается вынырнуть.
- Тем более, она улыбалась.
- Не понимаю, - жестко ответил Лев, грубо хватая Еву за плечи и встряхивая как хозяйка, вытряхивающая половичок. - Посмотри на меня. Она объяснила, почему она это сделала. И почему улыбалась. А ты ведешь себя странно, и мне это не нравится.
- Здесь тебе не всё... как тебе хочется... должно быть, - невпопад буркнула медиум, пытаясь вывернуться. Руки на плечах напомнили, как она не могла подняться с кресла тогда, на даче, и девушку вновь затопило чувство неправильности происходящего. Она понимала, что голова болит не так сильно, чтобы она не могла связать и двух слов, но отчего-то додумать даже эту мысль было невыносимо тяжело.
Отдохнуть? Хорошая мысль. Ей слишком тяжело, чтобы сейчас думать, поэтому, почему бы не послушаться. Кажется, он говорит дело.
Как будто со стороны Ева почувствовала, как расслабляются руки, как поднимается голова, а на лице появляется улыбка:
- Извини, - услышала она свой голос. - Просто голова очень болит, не могу собраться и несу какой-то бред.
Перед глазами мелькнуло недоуменное лицо Льва, потом комната. Собственная рука, которую девушка рассматривала с таким интересом, будто видела впервые.
"Кажется, зря я это сделала", - поняла девушка, когда в голове немного прояснилось. Она попробовала протянуть руку и взять расческу, но кисть даже не шелохнулась.
