– Даже так? Предположение, конечно, жуткое – что и говорить. – По спине у Ари пробежал холодок. Помолчав, он добавил: – Нам надо обсудить это завтра поподробнее, если удастся организовать встречу. И да, чуть не забыл: вечером вашу фотографию покажут по телевизору.
– Вот как? – удивился Хьединн.
– Да вы не волнуйтесь, – сказал Ари, ловя себя на мысли, что говорит теми же фразами, что и Томас. – Вас никто не узнает – это та фотография, где вас держит на руках паренек в Хьединсфьордюре. У меня взяли интервью для расширенного выпуска новостей по поводу вируса и нынешней ситуации в городе, и мы решили заодно показать в эфире и ваш снимок – вдруг кто-то узнает того парня.
Некоторое время Хьединн ничего не отвечал.
– Да… – наконец нарушил он тишину. – Полагаю, ничего плохого в этом нет.
– Конечно нет, – решительно заявил Ари, у которого появилось подозрение, что в разгадке этой тайны он заинтересован даже больше, чем Хьединн. – Кстати, теперь я располагаю и свидетельством того, что тот парень действительно там жил с вашими родителями, Йоурюнн и Мариусом.
– Как вы сказали? – спросил явно заинтригованный Хьединн. – Он что, жил в нашем доме в Хьединсфьордюре?
– Да, все указывает именно на это. Нашлась кинопленка тех времен, на которой заснят и он.
– Вот это да! – воскликнул Хьединн. – И где же вы ее раздобыли?
– У Делии. Вы с ней знакомы?
– Ну конечно. А есть возможность взглянуть на эту кинопленку? – спросил Хьединн.
– Почему нет? Может, встретимся завтра вечером у Делии, если она не будет против? – произнес Ари и, не дожидаясь ответа, добавил: – Я позвоню ей и дам вам знать. – С этими словами он завершил звонок.
Ари еще немного постоял у причала, наслаждаясь мягкой погодой, но потом ему все-таки стало зябко, в воздухе веяло прохладой. Он уже успел привыкнуть к тому, что холодный северный ветер – частый гость в Сиглуфьордюре, даже снегопады в мае и июне его больше не удивляли.
Ари поделился с Хьединном многими новостями, но конкретики во всем этом пока недоставало. Судьба тетки Хьединна по-прежнему была окутана тайной, и в глубине души Ари опасался, что эта тайна так и останется нераскрытой. Возможно, ему было не дано ее разгадать – все-таки история Йоурюнн принадлежала другому поколению.
Тут он снова вспомнил о Сандре, которая лежала на смертном одре в больнице. Надо бы набраться смелости и навестить ее. Кто, как не она, заслуживал внимания с его стороны. Все это Ари прекрасно понимал, но понимал он и то, что у него просто не хватит душевных сил смотреть, как она умирает.
Чтобы отвлечься от грустных мыслей, он снова достал телефон и позвонил Кристине.
– А я сегодня буду выступать по телевидению, – не без гордости объявил он.
– Серьезно?
– Ну, не то чтобы выступать – будет мое телефонное интервью. Но это тоже немало.
– Молодец, Ари, – сказала Кристина своим самым будничным тоном. Бурное выражение эмоций было не в ее характере.
– Может, нам вместе его послушать?..
– Вместе? Ты хочешь сказать… – (Наконец-то ему удалось хоть немного расшевелить ее.)
– Да, опасность миновала – ты можешь приехать. Согласна?
– Конечно, Ари.
– Исрун! – окликнул ее Ивар, едва она переступила порог отдела.
Вздохнув, она подошла к нему и натужно улыбнулась. На лице Ивара было его типичное самодовольное выражение, которое Исрун терпеть не могла.
– Исрун, – повторил он, – для тебя есть сообщение. Даже не предполагал, что теперь я у тебя в секретарях.
– Сообщение? И какое же? – спросила она нетерпеливо.
– Звонили из дома престарелых. Там освободилось место для тебя, – сказал Ивар нарочито громко, видимо надеясь рассмешить других коллег, но его шутки никто не оценил.
– Ну так какое?
– Звонила какая-то женщина из дома престарелых в Брейдхольте, – ухмыльнулся Ивар. – Некий Никюлаус горит желанием с тобой увидеться.
– А, ну да. Спасибо, – сказала Исрун и развернулась, чтобы поскорее отойти от его стола.
– Погоди-ка, Исрун. – Называть людей по имени получалось у Ивара не так органично, как у Мартейнна. – Кто тот человек? Ты что, над чем-то работаешь, не поставив меня в известность?
Исрун закатила глаза:
– Я работаю над разными сюжетами. Конкретно это связано с репортажем о Сиглуфьордюре, который Мария просила меня подготовить для расширенного выпуска. – Исрун сделала особый акцент на имени главного редактора. – Видимо, надо не откладывая позвонить ему. – С этими словами она достала мобильник и поспешно ретировалась, не дав Ивару возможности вступить в препирательства.
– Здравствуйте, – ответила работница дома престарелых. – Да, Никюлаус просил позвонить вам. Он перебирал старые бумаги и, по его словам, обнаружил кое-что интересное для вас. Какой-то пакет. Но говорить с ним по телефону без толку.
– А вы не могли бы прислать этот пакет мне? – спросила Исрун, которой совсем не хотелось снова ехать в Брейдхольт.
– Ну, я могла бы отправить вам пакет на такси – если вы готовы оплатить поездку, но я, вообще-то, думаю, что Никюлаус хотел бы, чтобы вы сами за ним заехали. Много времени это не займет, а его навещают так редко.
