– С твоих слов получается, что прямо сейчас Тралл не может открыто осудить тот налет, верно? – Андуин сунул в рот маленький бисквит с кремом и вареньем. Джайна забеспокоилась, достаточно ли у них пирожных и маленьких бутербродиков, чтобы удовлетворить аппетиты растущего мальчика, и на одно приятное мгновение даже забыла о возможности войны. Волшебница вздохнула. Если бы только она не знала других забот, кроме вопроса, чем накормить ненасытного подростка!
– В общем и целом, верно. – Она не собиралась раскрывать детали, и поэтому просто добавила: – Но я знаю, что Тралл этого не делал, и я знаю, что он сам в ужасе.
– Ты… думаешь, он позволит этому случиться снова?
Это был серьезный вопрос, достойный серьезного, вдумчивого ответа. Поэтому Джайна не сразу смогла его дать.
– Нет, – наконец, проговорила она. – Это всего лишь мое мнение, но… Я думаю, то происшествие застало его врасплох. Теперь он будет начеку.
Андуин допил свой чай и подошел к буфету, чтобы налить еще. Перед тем, как отойти, он навалил себе на тарелку еще пирожных и бутербродов.
– Ты права, тетушка Джайна, – произнес он тихо. – Иногда просто нельзя поступать так, как хочется. Можно лишь дожидаться нужного момента, когда у тебя окажется достаточно поддержки.
Джайна улыбнулась про себя. Перед ней стоял юнец, который в десять лет стал королем. Правда, при нем был хороший советник в лице верховного лорда Болвара Фордрагона, но Джайна видела достаточно и знала, что со многими делами Андуину приходилось справляться самому. Возможно, юноша никогда и не сталкивался с выбором, подобным тому, какой теперь стоял перед Траллом, но он точно мог его понять.
Как это часто случалось, Джайна вдруг обнаружила, что ей не хватает присутствия мудрой и насмешливой Магны Эгвин. Ей хотелось, чтобы эта великая женщина, бывшая хранительница Тирисфаля, все еще была жива и могла давать ей разумные, хотя иногда и едкие советы. Как бы сейчас поступила Эгвин, сидя у собственного камина с чересчур серьезным мальчиком, у которого было очень доброе сердце?
Улыбка коснулась губ Джайны. Она точно знала, что сделала бы Эгвин – разрядила бы обстановку.
– А теперь, Андуин, – заявила волшебница, практически ощущая присутствие старой мудрой женщины в комнате, – введи-ка меня в курс всех придворных сплетен.
– Сплетен? – Андуин, казалось, растерялся. – Я их не знаю.
Джайна пожала плечами.
– Так придумай.
Когда Андуин вернулся в Штормград, он уже на три минуты опаздывал к ужину. Материализовавшись посреди своей комнаты, принц увидел, что Уилл уже разложил для него одежду. Он быстро сполоснул лицо водой из таза, затем облачился в строгий вечерний наряд и торопливо спустился вниз, чтобы присоединиться к отцу.
В замке имелись залы для огромных банкетов, но ужин для них двоих обычно подавали в одной из комнат личных покоев Вариана. Их последние трапезы проходили в неловкой и напряженной обстановке – между Варианом и Андуином теперь стояла тень Ло’Гоша. Но сейчас, когда мальчик скользнул в свое кресло и потянулся за салфеткой, он посмотрел на другой конец стола, где сидел его отец, и наконец смог увидеть его не сквозь призму обиды, застилавшей ему взор ранее. Зайдя в гости к Джайне, Андуин смог очистить свой разум и просто… отстраниться от всего, пусть и ненадолго.
И теперь, когда он посмотрел на своего отца, принц видел не Ло’Гоша. Он смотрел на человека, в уголках глаз которого стали проявляться небольшие морщинки – признаки старения и усталости, а не боевого духа. Он увидел груз ответственности за корону, за бесчисленное множество решений, которые приходилось принимать ежедневно. Решения, которые стоили золота, и даже более ценной валюты – жизней. Мальчик испытал по отношению к своему отцу… нет, не жалость – Вариан в ней не нуждался, – а сочувствие.
Король поднял глаза и устало улыбнулся.
– Добрый вечер, сын. Как прошел твой день? Занимался чем-нибудь интересным?
– Вообще-то, да, – признал Андуин, зачерпывая ложкой густой, наваристый суп из черепахи. – Я воспользовался камнем возвращения тетушки Джайны, чтобы навестить ее.
– Да что ты? – Вариан с любопытством приподнял брови. – И как все прошло? Ты что-нибудь узнал?
Андуин пожал плечами. Внезапно его одолели сомнения. Это приключение казалось ему таким увлекательным, но когда он сел пересказывать его отцу, оказалось… что по большому счету они с волшебницей просто пили чай.
– Мы поболтали о разном. И, эм… выпили чаю.
– Чаю?
– Чаю, – повторил Андуин, как будто защищаясь. – В Тераморе холодно и влажно. Нет ничего плохого в том, чтобы выпить чаю и что-то съесть.
Вариан покачал головой, потянувшись за кусочком хлеба и сыром.
– Конечно, нет. И ты, безусловно, был в хорошей компании. Вы говорили о сложившейся ситуации?
Андуин почувствовал, что краснеет. Он не хотел выдавать Джайну, даже случайно. Но и врать своему отцу тоже не собирался.
– Немного.
Цепкий взгляд короля скользнул по лицу Андуина. Это был не совсем взгляд Ло’Гоша, но мальчик все равно ощутил его неуловимое присутствие.
– Орков видел?
