О, господи, что же мне делать? Она сбежала от лордеров, и любому, кто ей помогает, несдобровать. Даже просто находиться с ней рядом — опасно.
Брось ее. Выживает сильнейший!
Нет, я не могу так поступить. Не могу, и все тут.
Мне вспоминается карикатура Кэма на Нико в образе пещерного человека. Другого выбора ведь нет, верно?
Даже если бы мне удалось столько пройти, домой я привести ее не могу. Не могу взвалить это на маму. И даже если бы мама помогла, Эми совершенно не умеет хранить тайны, а от нее это никак не скрыть. А если еще вернется отец… Я вздрагиваю. Когда он заподозрил, что я каким-то образом причастна к исчезновению Бена, то грозился вернуть меня лордерам, если я нарушу еще хоть одно правило. Это наконец-то даст ему повод избавиться от меня. Возможно,
Джазз и его кузен Мак могли бы помочь, но я не могу ни связаться с ними, ни добраться туда. Тори ни за что столько не пройти. Значит, остается Нико.
Он будет в ярости.
Ярость Нико — не то, чем можно пренебречь, но он сказал звонить, если понадобится. Зачем иначе было снабжать меня средством связи?
В темноте я нащупываю под «Лево» кнопку коммуникатора. Нажимаю на нее. Только не спи, Нико!
Через несколько секунд слышу его настороженный голос:
— Надеюсь, это не какой-то пустяк, — говорит он.
— Глупый поступок, Рейн. — Нико втаскивает Тори на заднее сиденье машины. — И что прикажешь мне теперь с ней делать?
Я не отвечаю, боясь даже думать о том, к какому решению он может прийти. Забираюсь на переднее сиденье рядом с Нико, обессилевшая после того, как почти на себе тащила полубессознательную Тори по дороге в темноте к первому перекрестку — второпях назначенному месту встречи.
— Спасибо, Нико, — говорю я с чувством, действительно ужасно ему благодарная. Облегчение при виде него было столь сильным, что хотелось броситься ему на шею. Но он был не в настроении обниматься.
Его машина мягко урчит, преодолевая пологий подъем. На вид самая обычная, но двигатель мощный. Доехав до главной дороги, Нико внимательно оглядывается по сторонам. Объяснить, что делает на заднем сиденье машины находящаяся без сознания девушка, было бы нелегко. Пришлось бы бежать.
— Ты провоняла дымом.
— Да? А который час?
— Около пяти.
— Мне нужно поскорее попасть домой, не то меня поймают. Мама рано встает.
— Сначала лучше избавиться от этой вони.
Он едет быстрее. Тори стонет, потом затихает.
Мы подъезжаем к темному дому с подъездной
дорожкой, ведущей мимо боковой стены к задней двери. Дом стоит на холме, соседей поблизости нет.
Он несет ее на плече в дом. Я вхожу следом. Дом маленький, современный, аккуратный. Ничего похожего на обычное убежище «Свободного Королевства».
— Это твой дом? — удивленно спрашиваю я.
Он сердито зыркает на меня:
— Нет времени везти ее куда-то еще.
Нико кладет Тори на диван и, задернув плотные шторы, включает лампу.
Только тогда мне удается как следует рассмотреть, в каком она состоянии. Тонкая пестрая одежда в лохмотьях, словно она собиралась на вечеринку, а не бог знает куда пешком в такой холод. Все тело в ссадинах и синяках. Одна лодыжка распухла, просто чудо, что она вообще могла идти.
Тори шевелится, глаза приоткрываются, потом, когда она замечает Нико, широко распахиваются. Она резко садится, на лице паника.
Я хватаю ее за руку.
— Тори, все в порядке. Это… — И замолкаю, не зная, как мне его назвать, — …мой друг. Он присмотрит за тобой.
Нико подходит, улыбается:
— Привет. Тори, да? Я Джон Хаттон. Мне нужно задать тебе несколько вопросов.
— А подождать это не может? — шепчу я.
— Боюсь, что нет. Извини, Тори. Но ты должна понимать, как я из-за тебя рискую. Мне нужно знать о тебе ровно столько, сколько будет необходимо, чтобы решить, что с тобой делать.
Меня мороз подирает по коже. Одно неверное слово, и то, что он сделает с ней, может оказаться необратимым.
— Итак, Тори? — подбадривает он мягко.
Она разглядывает свои руки, поворачивая их
то так, то эдак, словно это что-то незнакомое, не связанное с ней.
— Я убила его, — говорит она еле слышно. — Ножом.
— Кого?
— Лордера. Убила его и убежала.
Она закрывает глаза.
— Здесь ты в безопасности. Отдыхай, Тори, — говорит Нико.
Голова Тори свешивается на сторону: она снова отключается.
Нико смотрит на меня, вскинув бровь. Она не могла бы сказать ничего более правильного, даже если бы я проинструктировала ее. По- видимому, он гадает, не сделала ли я этого.
— Иди быстренько, прими душ. Я присмотрю за ней. Но ты моя должница, Рейн. По гроб жизни. Это огромный риск, ненужное осложнение, которое может помешать нашим планам. Ступай.
Я направляюсь в душ, на ходу ловлю полотенце, темную футболку без надписи и велосипедные шорты, которые он бросает мне.
Нашим планам? Имеет ли он в виду планы «Свободного Королевства», которые каким-то образом включают меня? Я с рекордной скоростью вымываю и высушиваю волосы, подмечая кое-какие подробности, касающиеся Нико. Мне никогда раньше не приходилось бывать в его личном пространстве. Он любит приятный гель для душа и не менее приятно пахнущее мыло, и я не могу удержаться от того, чтобы не вдохнуть этот запах. У него есть фен?
