Инвалидное кресло резко закатилось в комнату. Казалось, что он сейчас испепелит взглядом новоиспечённую племянницу, разотрёт в порошок её кости. Ну, или же просто пристрелит как собаку.
— Сэм, сменяйся на вахте. Посидите с Алисой на кухне. У нас личный разговор.
— Так точно.
— Вы двое, — обратился он к солдатам — дежурство с наружи. Если греться, то заходите по одному. — он сделал небольшую паузу. — Чай и пайки прилагаются.
— Так точно, товарищ Растламов! — после этих слов, солдаты покинули дом.
Всё это время девушка в развалочку лежала на диване и баловалась с ножом, всем своим видом показывая своё отношение. Даже когда младшая стала гундеть и просила быть «по-мягче», она не сдвинулась с места, цинично наблюдая за надвигающийся бурей.
— Подвинься. — Марк сбросил её ноги с одной части дивана и стал перелазить с «каталки» на диван.
— Так точно, товарищ Растламов. — подначивала она его.
— Оставь всё это. И без тебя тошно.
Он достал фляжку из-за пазухи и через силу сделал глоток. На фляжке был изображён такой же знак, как и на флагах.
— Старая гвардия? — подметила она.
— Ещё какая. Даже бывший владелец таковым являлся. Жаль его, пусть покоится в снегах Лазури.
«Странно. Разгневанный мужчина, командир солдатской закалки с многолетней выдержкой вмиг стал смиренным и спокойным.»
— Как там лейтенант?
Вопрос был как игла под лопаткой. Прямо и в лоб.
— Вроде как нормально. Вежливый, собранный, заботливый. Кажется, ко мне клинья подбивает. — честно сказала она.
Марк рассмеялся от такого поворота.
— Хо-хо-хо! А паренёк-то не промах, девушку с таким характером заграбастать ещё уметь надо. Вон, какую куртёнку не пожалел.
«Говорит как какой-то старик.»
— Я её спёрла.
Девушка старалась сохранять свою наглую позу, но места не хватало. Пришлось сесть нормально.
— Уж что-что, а он бы не позволил. И это ещё раз подтверждает мои догадки.
— Хватит об этом. Ты ко мне на равных подсел не за тем, чтобы поржать.
— И то верно. — он сделал ещё один глоток и протянул ей фляжку. — Будешь?
Пьяницей она не была, но для здоровья было полезно, да и отказываться было невежливо.
— Буду. — она сделала большой и смелый глоток.
Во фляге была водка. На вкус отвратительная, маслянистая и будто бы склизкая — самый настоящий спирт, разбавленный машинным маслом. От такого даже голова заболела, а желудок отказался принимать пойло и согнулся в фантомном спазме.
— Ну и дрянь! — Морщилась и откашливалась она. — Самогонка и та легче давалась.
— Ха-ха, а ты, я вижу со стажем. — Он даже не поморщился. Мужчина ощущал себя победителем. — Что есть, то есть. Водка — дерьмо.
Он закрутил крышку и отправил фляжку на былое место. Девушка потянулась за последней половинкой вафли, разломила, закусила одной половиной. Вторую предложила ему.
— Спасибо. — Он тоже закусил. Чисто ради приличия.
Девушка закрыла глаза. Факт принятия спирта ударил в голову и сделал чуть смелее.
— Ну чтож, давай поговорим. — сказал Марк, смотря себе под ноги. — Я, пожалуй, начну: За вчера извиниться не хочешь?
Вопрос был хоть и агрессивный, но заслуженный.
— Прости. Так вышло.
— Рад, что ты понимаешь свою вину.
Повисла пауза. Девушка была официально помилована за вчерашнее. О чём же тогда разговор?
— Плохи наши дела. Верха приказали поднять полноценное восстание в городе и подавить все правительственные и прочие силы, а после поддержать наступление на восток.
— Что? Что прости? — её голос стал гораздо тише — Наступление?
— Оно самое. Считай война.
«Война? Какая война? Сейчас? Почему? Может просто мятеж? Или настоящая гражданская? Почему здесь? Почему сейчас?»- мысли быстро мельтешили в голове.
— Ты всё верно поняла. Всё начнётся в ближайшем времени прямо здесь. И все, кого ты видела ранее — главные участники.
Ей просто нечего было сказать. Весь шок от услышанного, все опасения и все надежды слились в единое целое и разом сгорели. Дар речи пропал вместе с ними, а её лицо всё оставалось неизменным, выражая вселенское равнодушие.
— Февраль 1332 — года. Народный Освободительный Фронт Руфии официально объявит войну всему нынешнему режиму.
Марк согнулся и опустил голову вниз, опираясь на свои колени и, закрыв пальцы в замок.
— Помнишь, о чём я тебя просил? Забери Алису.
«Забери её отсюда» — вспомнились давно сказанные слова.
Шок стал проходить. Она полностью осознавала, что такое война. Сотни тысяч мёртвых и миллионы сломанных жизней. Обречённые поколения. Незаживающие раны народов. Это осознание отдавалось и где-то глубоко за гранью души. Эхо войны.
Райя вспомнила об осколках и самозваной богине.
«Нереса…Вот о чём она говорила.»
— Я смогу её защитить. Я себе обещала. — монотонно, будто не своим голосом, говорила девушка.
— Позаботься о ней, в моё отсутствие. Я отдам приказ, и вас вывезут через пару дней.
— Почему не сейчас?
— Мы не уверены в безопасности ранее составленного маршрута. — ему было тяжело это признавать. — Проблемы с лояльностью.
«Проблема лояльности…»
— Вы проводили чистки, не так-ли? — догадалась она.
— Да, именно так.
— Весело… — рефлекторно шепнула Райя.
Снова пауза — небольшая передышка на подумать.
— Куда нас отправят?
