Ее тело напряглось под тяжестью его веса, пока он раскачивался на ней. Это был не только чувственный момент, но и настоящая пытка. Ее тело требовало большего, а не просто трения. Соски болезненно стояли, крича о внимании.
Вайолет снова натянула свои путы.
— Милая, твои руки в порядке?
— Да, только хотят тебя обнять, — выдохнула она.
— Ни в этот раз, — ответил Джонатан, — в этот раз я удовлетворяю тебя.
Но так было и в прошлый раз. Когда наступит ее очередь ублажать его? Вайолет открыла рот возразить, а Джонатан втянул в рот ее нижнюю губу.
— Скажи мне, чего ты хочешь.
Она выгнулась, выпячивая вперед грудь, требуя внимания к ней. — Проникновения, — шепнула она.
Он зарычал, подав первые признаки ослабленного контроля. Вайолет была поражена и в то же время взволнованна. Ей захотелось больше. Она хотела, чтобы он потерял над собой контроль. Хоть его выдержка и возбуждала ее, мысль о том, что он сорвется с цепи лаская ее, была еще более волнительной.
Его рычание прогнало ее неуверенность, и Вайолет решилась произнести непристойности. — Так понятно? — спросила она его, прикусывая его губу. — Или ты продолжишь вытягивать из меня каждое слово? Потому что я уже несколько дней мучаюсь от желания ощутить тебя глубоко во мне.
Глаза Джонатана закрылись, веки немного дрожали, а челюсть напряглась. Со стороны казалось, будто он из последних сил старается сдержать свой порыв наброситься на нее.
Вайолет снова куснула его губу, в то же время он толкнул бедрами и на этот раз более резко. — Не пойми меня неправильно, — бормотала она. — Мне нравится ощущение твоего большого, твердого члена на моей киске, но идея быть заполненной им мне нравится намного больше. Просто сгораю от одной только мысли, как ты окажешься во мне и как будешь меня растягивать, потому что он у тебя огромный, и ему будет немного тесно.
Он снова зарычал. — Вайолет…
— Но это правда. Он у тебя огромный, и я помню, как ему всегда было тесно. — Она поерзала бедрами, ахнув от того, как головка потерлась о ее клитор. — Я обожала ту наполненность, которую ощущала, пока ты был во мне. И я завожусь, стоит мне только об этом подумать. И чтобы ты знал, я постоянно об этом думаю, с той самой ночи в самолете.
— Даже так? — прохрипел он. Он набросился на ее губы, покрывая их быстрыми поцелуями.
— Угу, — промычала она, когда он отстранился. — Я видела это во сне. Как ты хватаешь меня, швыряешь на кровать и берешь меня…
Джонатан застонал, прижимаясь лицом к ее шее. — Вайолет, блядь, замолчи, или я наброшусь на тебя. — Его бедра задвигались резче, и она почувствовала, как он начал немного отдаляться от нее. Не теряя времени, она приподняла таз, и теперь его член упирался прямо в ее влагалище.
— Презервативы, — выдохнула она. — Нам нужны презервативы.
— Презервативы, — повторил он, но не сдвинулся с места. То, как их тела соединялись, сводило Вайолет с ума. Потом его губы вновь прижались к ее в долгом, чувственном поцелуе.
Джонатан двигался не достаточно быстро, Вайолет сгорала от желания, ощущала пустоту внутри и была готова закричать. — Джонатан, разве ты не хочешь войти в меня? Не хочешь вогнать член по самые яйца, заставляя меня охрипнуть от удовольствия?
Джонатан снова застонал, высвобождаясь из ее сцепленных ног, и потянулся до ближайшей тумбочки, где лежали презервативы.
Она с жадностью наблюдала за тем, как он разрывает упаковку и раскатывает презерватив по толстому стволу. Головка члена приобрела восхитительно темно-бордовый цвет, и она понимала, он страдал от желания оказать в ней так же сильно, как и она.
Закончив с презервативом, он вернулся к ней, и Вайолет вздрогнула от его страстного взгляда. Она хотела, чтобы он накрыл ее сверху и свирепо взял ее, заполняя своим членом. Боже, как же сильно она этого хотела.
Но, похоже, у него было намерение свести ее с ума от страсти. Он сел с краю, глядя на то, как она лежала открытая и в полной его власти.
— Вайолет, я говорил, какая же ты красивая? — Его пальцы пробежались по изгибу ее шеи.
— Да, упоминал об этом раз или два, — ответила она, стараясь произнести это игриво. Когда его пальцы обрисовали контур ее губ, она попыталась поймать их зубами.
— Я могу всю ночь сидеть и любоваться тобой, — его взгляд опустился на ее ноющую грудь. Он сжал одну грудь в ладони, дразня сосок подушечкой большого пальца, от чего она застонала и с силой натянула галстук, связывающий ей руки, мешающий ей обхватить этот огромный, покрытый латексом член.
— Очень надеюсь, что ты этого не сделаешь, — задыхаясь, ответила она. — Боюсь, моя киска этого не переживет.
— Мы же этого не допустим, верно? — Джонатан склонился над ней, даря еще один долгий поцелуй. Вайолет была так увлечена поцелуем, что не заметила, как он переместил руку до тех пор, пока не накрыл ее промежность, и не начал водить пальцами туда-сюда по ее влажным складкам.
Вайолет взвизгнула ему в рот. Ее бедра оторвались от постели, двигаясь навстречу его руке. — О, боже, Джонатан, пожалуйста.
— Что, пожалуйста, любимая? — шепнул он возле ее губ. — Скажи мне, чего ты хочешь.
