Он останавливается, ставит масляную лампу на каменную полку кладки, поворачивается ко мне так, чтобы прятать в тенях своё лицо, а моё видеть до мельчайшей чёрточки. Не люблю, когда отец так делает. И до сих пор не привык. Надо будет, когда получу право называться магом, хорошенько изучить этот отцовский приём и пользоваться им.
— И чего же именно хочется моему сыну?
— Па, я же просто так сказал.
— Неужели?
— Честное слово!
— И я должен поверить?
— Па, я вовсе не думаю о женщинах!
— Ни единого мгновения?
— Ни... Ну почти ни единого!
Он смеётся. Негромко и добродушно.
— Знаю. А почему тебя вдруг заинтересовала наша нанимательница?
— Ну-у-у... Она очень богатая, верно?
Отец кивает:
— Да, водрузить вокруг столько камня могут позволить себе только богатые люди.
А мне не нравится. Камень всегда холоден и безжизнен. Куда лучше дерево! Правда, от саэннской жары спасают только толстые каменные стены... У нас дом тоже каменный. Больше, чем наполовину. Но наша семья вовсе не самая богатая в городе. Хотя и не бедная тоже.
— А богатство... Оно меняет человека?
— Почему ты спрашиваешь?
— Потому что...
Харти, соседский парень, недавно остался без отца, занимающего завидное местечко в Регистровой службе. А самого его туда не берут. Да и кто пустит юнца к деньгам? Вот и пришлось семье Оттом проститься с прежним домом, распродать почти всё, что имели, и перебраться в квартал победнее. А Харти, встретив меня вчера, скривил рожу и сказал: «Теперь совсем зазнаешься и прошлое забудешь!»
— Какой-то дурак тебя упрекнул?
— Вроде того.
Отец недовольно качнул головой.
— Тебе пора перестать слушать всех подряд. На сотню людей, дай боги, найдётся хоть один разумный человек, который понимает: не всем и не всегда благополучие даётся даром. А остальные девяносто девять будут корить тебя богатством, красотой, талантом... Да неважно, чем! Потому что у них всего этого нет. Или есть, но не такое, какого бы они хотели.
Конечно, он прав. Но всё равно больно. И я даже хотел бы поделиться... Если бы мог.
— А та женщина, она... По ней видно, что богатая?
— Честно скажу, не знаю.
— Как это?
Отец хмыкнул:
— А я не видел её лица.
— Совсем?
— Знатные дамы всегда носят покрывало, разве не замечал?
— Ну да, но...
— Хочешь сказать, она могла бы сделать исключение для меня?
