В душном, жарком воздухе меня пронзило током. Особенно, когда Матео губами опустился к моей шее. Буквально набросился на нее делая то, от чего, скорее всего позже на коже появятся покраснения, его метки. Слишком горячо, безумно. Свободной ладонью сжимая мою ногу под коленкой и сильнее отводя ее в сторону. Так, что я стала еще более открытой перед Лонго. До безобразия беззащитной. Но именно это будоражило сильнее всего. Пропускало огонь под кожей. Заставляло задыхаться в ожидании того, что может быть настолько безжалостным и в тот же момент возносящим до небес.
Как же давно у нас не было близости и уже сейчас любое, даже малейшее касание не просто сводило с ума. Оно доводило до ожогов.
Лонго сорвал с меня майку, затем и шорты с нижним бельем. Оставляя полностью обнаженной. Сильнее раздвигая мои ноги и медленным, прожигающим взглядом окидывая мое тело, а казалось, что пожирал им. Доводил до исступления и вот вновь пальцами сжимая мои волосы, он заставил посмотреть в его глаза.
И вместе с этим я услышала звук расстегивающегося ремня. Он пронзил тишину кабинета. Заставил затаить дыхание. Почувствовать те раскаленные угли, которые расцвели на коже.
- Хочешь остановить меня? – спросил Матео, наклоняясь к моим губам. И я услышала, что уже теперь он расстегивал ширинку.
Сама этого не понимая, я положила ладони на его торс, чувствуя чудовищное напряжение тела. Ужасающую раскаленность стальных мышц.
Лонго сжал мой подбородок. Подушечкой большого пальца провел по губам, ощутимо надавливая на уголок.
- Отвечай, Мирела.
Я сдавленно выдохнула. Не была в состоянии нормально думать. Сознание вообще плавилось, но, пальцами сильно сжав рубашку Матео, прошептала:
- Нет, не хочу.
Лонго медленно наклонился. Почему-то это движение веяло чем-то жутким, но неожиданно оно закончилось тем, что Матео губами прикоснулся к моей щеке. Слишком бережно. Обжигая кожу нежностью.
А я замерла. Не ожидала такого. Более того, несмотря на то, что губы Матео ранее уже касались каждого сантиметра моего тела, я не была уверена в том, были ли у нас именно вот такие поцелуи. Доводящие до какого-то внутреннего исступления. Трепета, от которого сердце бешено колотилось и в тот же момент, замирая, пропускало по телу ток.
Лонго губами прикоснулся к моему виску, затем к подбородку. Опускаясь к шее и ключицам. Очень медленно, постепенно. Но именно от этого веяло тем, что было сродни затишью перед бурей. Ведь напряжение и безумие в атмосфере, намекало – так просто все не закончится. Я и не хотела. Время нашего расставания слишком сильно потрепало.
И словно в подтверждение этих ощущений, я уловила шорох одежды, после чего Лонго приставил к моему лону возбужденный, раскаленный член. Уже этого хватило, чтобы я громко простонала. Практически закричала. Запрокинула голову и прогнулась в спине. Как же это было сильно. По ощущениям и эмоциям. Что же со мной произойдет, когда он полностью окажется во мне? Выживу ли я после такого? Сейчас казалось, что нет.
И, когда Лонго сделал первый толчок, это подтвердилось. Внизу живота все обожгло. Я закричала, практически отчаянно хватаясь за Матео. Ногтями до царапин впиваясь в его плечи. Чувствуя следующее движение. То, как Лонго постепенно заполнял меня собой. Пока что медленно, но настолько ощутимо, что, казалось, я чувствовала каждый его миллиметр. И это не просто сводило с ума. Я будто насквозь, до пепла сгорала. Опять стонала, лбом прикоснувшись к груди Матео. Чувствуя, как быстро билось его сердце.
Иногда Лонго останавливался. Казалось, вновь давал привыкнуть к нему, а я не была уверена в том, что смогу это сделать. Размер Матео всегда был для меня слишком большим. И сейчас, после долгого отсутствия близости, это особенно ощущалось. В том, как у меня внизу живота жгло и болело. Но я терпела. С жадностью ловила даже это. До тех пор, пока Матео полностью не оказался во мне. Опять останавливаясь. Наклоняясь и целуя. Долго. Жадно и в тот же момент именно этим поцелуем расслабляя. Заставляя считать, что во всем мире есть только он.
Лонго положил ладони на мои бедра. Сжал их.
- Если будет больно – скажи, - произнес он, когда наши губы практически соприкасались.
Растерянная и, не уверенная, что правильно услышала, я кивнула.
