– Что такое?
– Так что Вас требуют к телефону из штаба и очень экстренно!
Серый рассвет ненастного дня глядел в окна. Видимо, было еще очень рано.
– Экстренно! Весьма экстренно! – повторял вестовой…
Я вынырнул из-под теплого одеяла и, ежась от холода, подбежал к телефону.
– Алло! Слушаю! Откуда говорят?..
– Вчера вечером вышел приказ о вашем назначении…
– Знаю, знаю!..
– Можете ли Вы сейчас вступить в командование? В 7 часов миноносец должен выйти на рейд… Пары разводят.
Я посмотрел на часы – 6 ч 35 мин!
– …Там поступите в распоряжение младшего флагмана. Флаг – на «Амуре». Получите инструкции. Как доложить начальнику штаба? Можете ли?
Незнакомый миноносец… Черт его знает, какой… Сели – поехали… Какой вздор! Конечно, не могу… – мелькало в голове… Но вдруг вспомнился вчерашний разговор – «принимай скорее, проскочило – пользуйся» – и вместо энергичного отказа я крикнул в телефон:
– Конечно могу! Доложите адмиралу – еду сию же минуту! Дайте к пристани дежурный катер!
При помощи хозяина дома, тоже сорвавшегося с постели на звонки телефона, наскоро побросали в первый попавшийся чемодан все, что находили крайне необходимым, и через несколько минут я уже был на адмиральской пристани в сопровождении вестового, тащившего вещи, а еще минут через пять высаживался на «Решительный».
Меня встретили: лейтенант (минер), два мичмана и механик. Было не до церемоний. Познакомились, и я прямо, не спускаясь вниз, прошел на мостик.
Было 7 ч утра.
Золотая гора на своей мачте уже держала сигнал: «Решительный», ход вперед!».
«Господи, благослови!» – подумал я и скомандовал: «Отдать носовые швартовы!»
Миноносец оказался на редкость послушным суденышком. Несмотря на полное незнакомство с ним, я благополучно развернулся в каше судов, заполнявших Восточный бассейн, вышел в проход, обогнул «Ретвизан», окруженный всякими «портовыми средствами», и, сопровождаемый миноносцем «Стерегущий», следовавшим за мной, оказался на внешнем рейде, где ждали нас «Амур», под контр-адмиральским флагом[15], «Гиляк» и «Гайдамак».
Единственной полученной мною инструкцией с «Амура» был сигнал: «Следовать за мной. Держаться на правой раковине».
Пошли в направлении к Талиенвану.
Погода была подозрительная. Пасмурно. Тянул слабый восточный ветер. В воздухе кружились редкие снежинки… Я пригласил на мостик лейтенанта и спросил его: есть ли таблицы девиации компасов? Он отозвался полным незнанием, так как назначен на миноносец только вчера… Спросил старшего из мичманов, который оказался старожилом – на миноносце уже две недели, – он сообразил, что в эту кампанию никто к компасам не прикасался и магниты стоят по-прошлогоднему.
– То-то я смотрю, что вместо курса, данного адмиралом, наш главный компас показывает не то цену дров, не то число жителей! – пошутил я, но в душе было не до шуток… Скройся за снегом берега, и я, не зная поправки своих компасов, оказался бы привязанным к «Амуру», как слепой к поводырю.
Часу в десятом подошли к островам Саншан-тау, у входа в залив Талиенван.
«Амур» сделал сигнал: «Миноносцам осмотреть бухты Кэр и Дип» – и вместе с прочими судами отряда («Гиляк» и «Гайдамак») дал малый ход, мы же, наоборот, увеличили скорость. Я был старшим, и «Стерегущий» следовал за мной.
Как сейчас помню этот мой «первый выход».
Как, поразительно ясно охватывая, воспринимая все мелочи окружающей обстановки, работает мысль в такие моменты! Какие неожиданные решения принимаются вдруг, внезапно, как бы являясь извне, а на самом деле (по позднейшей критике их) строго соответствуя условиям данной минуты.
Бухты Кэр и Дип (к востоку от Талиенвана) были мне хорошо знакомы по прежним плаваниям. Не было нужды ни в компасе, ни в карте – только бы видеть приметные мысы и камни. В этих бухтах мог быть неприятель. Приказано – осмотреть. Но если кого увидим?.. Запрещения нет! А значит, ясно – атаковать!
– Больше ход! Боевая тревога! – крикнул я, оборачиваясь назад с мостика.
Команда побежала по своим местам.
– Так в случае… Вы думаете атаковать? – услышал я рядом голос минера…
– Конечно!.. – и по огоньку, блеснувшему в его глазах, увидел ясно, что мой ответ пришелся ему по душе. – Да, приготовьте рулевые закладки: если миноносцы, свалка, – минами по поверхности…
– На какой борт?
– На какой выйдет! Поставьте один аппарат на правый, другой – на левый, а уж там – не зевайте!
– Есть!
К мостику подбежал механик.
– Будьте готовы на самый полный! – крикнул я, предупреждая его вопрос.
– Атака?
– А кто его знает?
Мы шли узлов 16. Сзади, в кильватер «Решительному», мчался «Стерегущий», взбрасывая носом пенистые буруны.
Ближе и ближе бурая, чуть посыпанная снегом громада утесистого мыса, скрывавшего от нас бухту… Если кто есть – ворвемся неожиданно!.. А вдруг с той стороны тоже караулят?.. Сердце билось так шибко, так жутко и так хорошо…
Никого!..
Оба миноносца, описав по дуге бухту, выскочили в море и тем же порядком осмотрели следующую.
Опять никого!.. Весь наш задор пропал даром…
