Пепел развеивается легким дымом. Гниющая плоть горит медленно, с запозданием из ее массы вырываются еще тени, но не уходят. Проплавляю себе путь, не спеша продвигаюсь дальше. Всюду раздувшиеся тела, при моем приближении они лопаются, кипят, чернеют, медленно обращаются в прах. Камень стен крошится и стонет. Закрываю изоляцию. Напротив, в конце коридора постамент, алтарь. Иду туда, но на пол пути что-то сковывает все движения, Сильное давление приходится на правое плечо — замечаю, что из него торчит заостренное жало. Оно не горит и не плавится, но плазма вокруг раны начинает резко бледнеть, а поверхность металла крошится. Повреждение начинает распространяться. Меня поднимает к сводчатому потолку и резко ударяет о пол. Камень трескается. Рывком освобождаюсь от хватки, поднимаюсь на ноги. Жало остается в плече, контроль за рукой утерян. Вижу нанесшего удар — тварь сплетенная из тканей трупов, прошитая яркими линиями зеленого свечения, кость и металл соединились в одно, мертвая плоть пропитана токсичной слизью. Перерожденный во плоти. Мое оружие во мне — выдираю из груди короткую пику — Пробиваю переднюю часть монстра, как раз рядом с отломанным жалом. Его туша медленно проплавляется, делаю рывок и верхняя часть раздваивается, выпуская заметно удлинившееся оружие, с обеих сторон теперь оно снабжено лезвиями. Перерожденный заваливается в сторону и падает. Но за ним следует второй, теперь уже больше похожий на человека — стоит он на двух колоннах ног, руки увенчаны мощными клешнями. Головы нет. Зато на месте живота отверстие, напоминающее пасть, окруженное острыми пиками ребер. Я бегу в противоположную сторону, к алтарю. Из его основания бьет поток энергии, сношу простой квадратный престол, грубо вытесанный из камня и поражаю то, что лежит внутри. Крохотный сверток, существо, бывшее когда-то человеком, теперь зародыш, которому уже не стать деманоном. Он медленно распадается, как и перерожденный, обращаясь в прах.
Одной локации больше нет. Но Аксима не так проста. Значит остальные точки получат весь потенциал этой. А сил мне хватит только чтобы выбраться. Как можно быстрее прорываюсь через верхний свод, бегу к выходу, без помех. На самом подходе к коллектору накидываю изоляцию. Но дальше я продвигаюсь через мутную тяжесть и судорожные стоны тела. Жало так и осталось внутри, и теперь прорывало еще и человеческую оболочку. Регенерация работала на полную, но остановить действие яда не могла. Вырвать его не получалось. Судорога сковала меня окончательно. Хаос заполнил чистые прежде мысли, путая то, что было и что быть уже не могло, одно только осталось четким — Патрон. Его образ явственно осветился в сознании. К нему был последний зов.
На краю сознания слабый свет, высокий силуэт. Я поднимаюсь ему на встречу. Сил хватает идти или кто-то идет за меня. Тот, кто стоит напротив, ждет. Подхожу все ближе чувствую, как он сжимает мне горло, приподнимает. Сильная дезориентация заканчивается мощным ударом. На секунду вижу лицо, светлое и твердое, как из камня. Его сменяет маска крокодила.
Хаос постепенно успокаивается, мысли медленно выстраивают фундамент ощущений, надстраивая этажами мысли, восстанавливая последовательность случившегося. Тишина и свет. Ничего больше. Долго. Потом все наваливается сразу. Агония перекручивает все тело, не дает сосредоточиться. Постепенно все останавливается на сильном жжении в плече. Вижу высокие своды, базальтовые перекрытия и колонны. Здесь мне довелось быть лишь однажды — обитель Зорфа.
Я на каменном ложе в каком-то из боковых залов. Здесь никого. Пытаюсь подняться, но резкий скрежет и тяжесть в левом плече заставляет остановиться — неужели снова протез, я снова лишился руки. Это оказался лишь фиксатор — видимо идет сращивание разлома. Пытаюсь прощупать тело под металлическими иглами и пластинами — нет ничего, только кожа, металл в пластичном состоянии, поддерживаемый таким горящей плазмой. Сколько времени я потерял?
Все же встаю, выхожу к главной галерее. Зорф ждет меня в закрытом зале, сразу за главным. Захожу в предчувствии серьезных проблем. Куратор стоит спиной ко мне.
— Я распорядился прервать твое задание, — в голосе холод, никакой привычной мягкости. Он поворачивается, подходит ко мне. Под маской не видно глаз, они утопают в темноте.
— Это был перерожденный, — спокойно переношу его длительный взгляд — полевая разведка входит в мою работу.
— Я отзову тебя от этой миссии, уровень поднимут до девятого и направят группу во главе с Харгом. И благодарность Совету Высших, они не требуют снова наказать тебя.
— Вы хотите знать мое мнение? — я больше не боюсь его разозлить. Он не ведется на провокацию, поэтому говорю все прямо: — Мне нужна боевая модификация оболочки. Я закончу задание.
Вместо ответа он впечатывает меня в стену, сжимая рукой горло.
— Думаешь, если я слабее Патрона, то обязан выполнять каждую твою просьбу, ублажать тебя, чтобы ты был рядом? — он в бешенстве поднимает меня за шею, прижимая к стене. Я прерываю его: