Основной центр тяжести сочинения «монаха-отступника», этого, по меткому выражению С. Ю. Витте, «политического негодяя», — распутинская тема, и здесь разоблачительная заданность проступает сразу же. Распутина Илиодор люто ненавидит, хотя ранее они около трех лет поддерживали дружеские отношения. Причины их разрыва лежали вне сферы нравственно-этической, как пытался уверить автор. Просто чары Григория оказались более сильными, чем представлялось Илиодору. Ему не удалось добиться подобного влияния, хотя он очень этого домогался. Царь якобы даже обещал возвести его в сан митрополита, но «обещание свое не сдержал». Илиодор проиграл борьбу «со слугой дьявола» и, оказавшись за границей совершенно без средств, решил нанести удар неблагодарному царю публикацией книги, полной якобы скандальных разоблачений (и заодно неплохо заработать).
Предваряя издание, Сергей Труфанов устно и письменно неоднократно заявлял о наличии у него сенсационных документов, изобличавших в неблаговидных делах Распутина, но что особенно важно, «срывавших покровы» с отношений между ним и царской семьей. Понимая, что деятельность бывшего монаха может нанести вред престижу императорской семьи, государственная власть несколько раз пыталась с ним договориться «полюбовно» и выкупить все возможные материалы. Насколько известно, инициатива сделки исходила не от царя, а от усердных служак Министерства внутренних дел.
Шумная кампания в зарубежной прессе вокруг личности Илиодора-Труфанова внушала тревогу. Сохранилось секретное донесение на имя директора Департамента полиции, посланное из центра русской заграничной тайной полиции в Париже, датированное 12 марта 1916 года.
«Американская агентура сообщает, что редактор нью-йоркской еврейской газеты «Дер Таг» Бернштейн рассказывает о своей встрече в Христиании и беседе с известным Илиодором, который сообщил ему некоторые подробности о внутреннем положении России, высказав уверенность и радость в конечной победе Германии, что освободит русский народ от его притеснителей. По словам Бернштейна, к Илиодору постоянно приезжают представители немецкого рейхстага и подолгу беседуют с ним по политическим и религиозным вопросам. Посетили Илиодора немецкие эсдеки (социалисты. —
Илиодора намеревались использовать в роли марионетки в намечавшейся большой политической игре по дискредитации власти в России. Сам «диссидент» был готов к этой роли, лишь бы ему платили. Речи опального монаха были приятны, особенно его радостное ожидание поражения России. Кроме левых социалистов, группировавшихся вокруг Владимира Ульянова-Ленина, оглашать такие кощунственные надежды вслух никто больше не решался. Иностранные враги русского правительства готовы были платить, но не за слова, а за дела. Таким делом могла стать публикация документов, компрометирующих царя и царицу. Подобную опасность прекрасно осознавали и в России.
Весной 1916 года в столицу Норвегии — город Христианию (ныне Осло) по распоряжению главы Министерства внутренних дел Б. В. Штюрмера тайно выехали высокопоставленные чиновники этого ведомства и вступили в переговоры с Труфановым. Эмигранту обещали прощение и разрешение возвратиться в Россию в обмен на имевшиеся у него бумаги. Он встретил эти известия с радостью, выразил готовность примириться с Распутиным и начать совместно работать с ним «на благо России». При этом он выдвинул лишь одно условие: выплатить ему несколько десятков тысяч рублей, сумму по тем временам огромную. Однако даже показать пресловутые документы бывший проповедник отказался, и соглашения достичь не удалось. Участвовавший в переговорах адъютант министра жандармский полковник Р. Ю. Пиранг в своем отчете заметил, что бывший священник произвел на него «впечатление совершенно беспринципного человека, готового на что угодно».
Интерес власть имущих к персоне Илиодора-Труфанова лишь усилил его шумную деятельность по рекламированию себя и своего сочинения. В середине 1916 года он покидает Европу и переезжает в США. Там популярный журнал «Метрополитен» приобрел у него право на издание, выплатил часть гонорара и анонсировал публикацию. Как можно было заключить из рекламного объявления, помещенного в упомянутом журнале осенью 1916 года, читателей ждали сенсационные откровения.
