Егоров заулыбался — Сева мужик что надо, не жадный. Геннадий несколько раз брал машину эксперта, когда требовалось срочно съездить куда-нибудь, а личное авто Геннадия «прело» на автостоянке, рядом с квартирой, или «лечилось» в СТО. Геннадий собирался прямо сейчас съездить к матери Маркухина и постараться выяснить хоть что-нибудь, потом, в зависимости от результата, принять решение — гнать по следу врага или вернуться в управление и снова встретиться, как было уговорено, с Одоевой, чтобы обменяться информацией. Только бы вести от Лизки оказались добрыми, а там, там…
Видя необычную задумчивость и заторможенность Егорова, Сева пожал плечами, извлек из кармана белого халата, в который был одет, ключи от машины, потряс ими:
— Ау! Когда вернёшь?
— Час-два максимум. Моя колымага снова убитая.
— Ты что, её не сдал на металлолом, когда была акция? Получил бы скидку в пятьдесят тысяч при покупке новой машины.
— Какая новая машина, Сева? О чём ты?! У меня долгов и расходов выше головы!
— В кредит тачку купи.
— Кредит? У меня уже есть один, о котором, когда вспоминаю, хочется порвать паспорт и сбежать далеко-далеко. У меня ипотека, будь она неладна, и деньги на ремонт. Ирка постаралась, ухватила в банке ссуду, а теперь сидит безработная! Дочки взрослые… А-а… — Геннадий махнул рукой, забирая ключи Севиной машины. — Не вынуждай меня вспоминать о своей жизни. Я когда не думаю обо всём этом ужасе, чувствуя себя более спокойно… Спасибо, Сева! Ты самый лучший!
Сева усмехнулся, отваливаясь на жесткую спинку своего стула.
— Все так говорят. Интересно, что вы запоёте, когда машину перестану одалживать!
— У тебя мелькают такие мысли?
— Иногда мелькают.
Заполучив ключи от авто медэксперта, Геннадий поднялся в свой кабинет — никого, помощники трудились в поте лица, выполняя следственные мероприятия, завернул к кабинету Одоевой, постучал, дернул ручку на себя — заперто. Он прислушался. Было тихо и непонятно — Пашкин сидит в кабинете, закрывшись, или всё-таки, после его проработки, занимается делами? Постучал ещё раз — тишина. Ладно, хрен с ним, когда вернётся, Геннадий не поленится, снова придёт и спросит о выполнении порученной Пашкину работы.
У медэксперта была новая, прошлого года выпуска, вазовская «четвёрка», купленная им как раз по акции утилизации автохлама, потому Сева направо и налево восхищался акцией.
«У него другая жизненная ситуация, — подумал Геннадий, усаживаясь за руль «четверки». Она ещё пахла по-новому, свежим дерматином и пластмассой. — Он даже не в кредит купил её. Вишь, умудрился с законной зарплаты деньжищ накопить! Умеют люди! А я не умею. Ну и ладно! Я другое умею…»
От управления до требуемого Геннадию места было минут сорок езды, но он трижды попадал в пробки и добрался до места прописки Тетери значительно позже, чем рассчитывал, вымотанный и злой.
Оставив машину посреди двора, рядом с подъездом, Геннадий поднял голову — мать Маркухина обитала на третьем этаже в старом кирпичном доме, построенном ещё при Хрущеве.
«Сегодня мне везёт с хождением по лестницам вверх-вниз», — ворчливо подумал Геннадий. Дверь подъезда была заперта на домофонный замок. Он набрал номер квартиры Маркухиных, вызов не сработал — домофон в квартире матери Тетери отсутствовал. «Что ж он так, поскупился для матери домофон установить? Хотя неизвестно, какие у них отношения, может, ненавидят друг друга лютой ненавистью!» Геннадий обернулся, оглядывая двор. Плохо, что нет в квартире домофона. И не видно никого, чтобы торопился к подъезду. Ещё Геннадия поразило, что у дома стояла только одна машина — та, на которой он приехал. Зная все переполненные личными авто дворы города, он поразился этому обстоятельству. Неужели здесь все безмашинные живут?
Он набрал квартиру соседей Маркухиных.
— Да, — с натугой отозвалась пожилая женщина.
— Откройте замок. Я к Маркухиным, из собеса.
— Нет, не открою!
«Вот тварь!» — возмутился Геннадий.
Пришлось набирать номер другой квартиры — там не отвечали. И тут случилось чудо — изнутри пропиликал зуммер открывания двери, дверь отворилась. Геннадий чуть отошёл в сторону, выпуская выходящего жильца. Это был мужчина. Это был… Тетеря!
Геннадий ошалел от неожиданности. То же произошло с Тетерей — он мгновенно узнал Егорова.
Первым в себя пришёл Тетеря — он вдруг двумя руками с силой оттолкнул Геннадия и, высоко задирая ноги, бросился удирать во всю прыть.
Геннадий устоял на ногах.
— Гад! — вскричал в гневе. Теперь ублюдок рассчитается за всё!
Но Тетеря был уже далеко — он выскочил за пределы двора и бежал в сторону проспекта. Геннадий бросился в погоню, через пятьдесят метров поняв, что бегает он совсем худо — сразу устал, появилась одышка (всё сидячая работа!). Но он не сдавался, бежал, стараясь даже прибавить. Мелькала мысль о том, что правильнее было бы гнаться за Тетерей на машине… Нет, пока бы отпер, уселся за руль, завел — негодяй успел бы затеряться в людской толчее, свернуть в любой закоулок. А так, пусть далеко впереди, но он был на виду.
