Я так увлекся, что чуть было не забыл, что мне же бегом… готовиться… лететь… Но тут заскочил второй пилот: — Василич! Топливо до Минвод… прогноз… — Увидел на столе аппарат для измерения
давления и осекся. — Что? Подскочило? Докторша махнула на него рукой: уходи, мол, не до тебя… Она боялась, что весь так тонко выстроенный ею механизм моей реабилитации рухнет от малейшего толчка извне. — Ну-ка, давайте… — она надела мне на руку рукав прибора. — Вот видите — сто пятьдесят на сто! Я же говорила! Все, подписываю. Не переживайте, командир, всякое бывает. Доброго пути вам… А таблетка — это так, для психологии. Плацебо, называется. Помогло же! Да погодите вы, не убегайте, распишитесь же! Крикнув на ходу «Спасибо!», я помчался на метео, в АДП, на самолет… Завертелась предполетная подготовка.
Потом был суматошный полет по узкому коридору трассы между грозами, горами и градобоем; штурман вертелся по кабине как бурундук на заборе, мотаясь от локатора к карте, второй пилот крутил штурвал; фиолетовые «чертики» статических разрядов вспыхивали на лобовых стеклах… Самолет трепало. Черешня кисла в багажниках.
Вдруг я вспомнил про пульс. Нащупал жилку на запястье, подсчитал по секундомеру: семьдесят два! Правильно, все осталось позади — и сердце в норму вошло.
Вот вам и психология доктора. Сверкали молнии. Грозовые вершины проплывали в сумерках справа и слева, подсвеченные сполохами разрядов.
Я взял в руку микрофон и спокойным голосом сообщил пассажирам: — Уважаемые пассажиры! Наш самолет занял заданный эшелон десять тысяч сто метров. — Сделал паузу и проникновенно добавил: — На борту у нас все в порядке. Они просто балдеют от этого спокойного тона.
В Интернете идет неторопливое обсуждение моей книги. Ребята, интересующиеся авиацией, обсасывают описанные в ней подробности техники пилотирования… и тут кто-то ставит вопрос: — Мне, может, показалось — Ершов упомянул о женщине-члене экипажа? Неуверенные ответы… кто-то что-то слышал: «есть женщины… летают…» Так вот, для тех, кто интересуется. Есть в мировой авиации Женщина-пилот. Она пролетала столько, что занесена в
Книгу рекордов Гиннесса. Никто в мире из женщин-пилотов столько не пролетал: далеко за двадцать тысяч часов. Я столько не пролетал. И из моих коллег-мужчин больше Нины Васильевны Литюшкиной пролетали очень, очень немногие.
Нина Васильевна летает сорок с лишним лет. Иные столько не живут. Она летала на Ан-2, была капитаном Ил-18, а теперь уже много лет летает вторым пилотом на самом сложном в технике пилотирования нашем лайнере Ту-154. Мы с Ниной Васильевной — друзья. Доводилось иногда и летать в одном экипаже. Как пилот-инструктор смею уверить: эта женщина — специалист, профессионал. Не в обиду, а из уважения сказал бы я, отмечая весь концентрат опыта, умения и надежности: настоящая воздушная волчица. Ну, такая у меня манера отмечать особо выдающихся, видавших виды пилотов, воздушных волков.
А по жизни — привлекательная женщина, с бровями вразлет. Родом из столицы Мордовии Саранска. Мечта о полетах и битва за осуществление этой мечты выковали характер… еще тот.
Ну, да в летчицы какая женщина попадала запросто… Щас! Кто через Маршала пробивался, кто через Гризодубову… Летать женщине нелегко. Одно дело — бортпроводницей; я в предыдущей книге описал их нелегкий, уважаемый мною труд. Но совсем другое дело — за штурвалом.
Все мы встречали на дорогах женщин за рулем. Обычно их видно издалека: управляемое женщиной транспортное средство влачится по проезжей части как-то так… что всем мешает. И реакция-то у нее не та, и глазомер, и решительности в управлении нет, и маневры какие-то размазанные…
Нет, не все женщины, конечно, так ведут себя в потоке движения, есть и среди них асы, умелые, решительные, с почерком… Но все же большинству женщин на транспорте место лучше там, где поменьше вариантов. Троллейбус, трамвай… Мама-вагоновожатый… ладно. А тут — пятнадцать километров в минуту, двести пятьдесят метров в секунду. И женщина спокойно решает задачи трехмерного движения.
Ладно, аэроклуб. Воздушная акробатика, перегрузки… молодость… Но летать в возрасте… ну, далеко за тридцать — это вам не на Як-52 бочки крутить. Тяжелый воздушный корабль требует и от мужчин очень высоких человеческих и профессиональных качеств. Нина Васильевна этими качествами обладает в полной мере. С таким помощником работать — одно удовольствие. И подстрахует, и подменит, и посоветует, и растолковывать не надо, как иным — она сама молодым растолковывает, и не многословно, а по существу, да еще с этакой чуть снисходительной интонацией.
А уж за штурвалом… Я сам пролетал почти столько же, и всяких навидался вторых пилотов. И все равно, даже иной раз не верится, как умело эта женщина управляется со стотонным самолетом. По сумме профессиональных качеств она может соперничать с любым пилотом.
Ага, не пьет, не курит, — скажете вы. А у других это проблема. Сколько таких летчиков, о которых говорят: если б не пил…
