— Со мной… такого… никогда… не было! — обрывисто выговаривала она слова. — Он всегда говорил… что я… холодная… что со мной… что-то не так… что я толстая!.. Кричал… за то… что не умею готовить, — перечисляла она свои самые глубокие раны. — Брал меня, когда хотел… А я, дура, любила… Терпела… Верила, что, если смогу измениться… Думала… это и есть… любовь…
Когда Вика выговорилась, я всё же приподнял её, заглянул ей в глаза и вытер слёзы с её щеки.
— Эй! Он всё врал! Ты это знаешь! Ты настоящая! Ты живая! И самая лучшая девушка на свете! — уверенно твердил я. — С тобой всё в порядке! В порядке! Ты ведь мне веришь?
— Верю! — охотно согласилась она и улыбнулась.
— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Но всё это в прошлом! — продолжал я. — Теперь всё будет хорошо!
Понемногу Вика успокоилась. Мы просто лежали в тишине. Моя рука гладила её спину и шею, а её палец рисовал что-то у меня на груди, пока мы оба, наконец, не уснули в объятиях друг друга.
❖ ❖ ❖
— С добрым утром, Викуль! — произнёс я, когда увидел заспанную девушку на пороге кухни.
Зябко кутаясь в махровый плед, Виктория ласково смотрела на меня.
— И тебе доброго! Ой! Ты уже приготовил нам завтрак⁈ — искренне удивилась она.
— Ага. Давай, быстренько умывайся и прыгай за стол! — ответил я и, вытерев руки полотенцем, обнял слегка сонную девушку.
Она чмокнула меня в щёчку, посетовав, что ещё не чистила зубы. Тогда я обнял её крепче и сам прижался к её губам. Вика замычала, оказывая сопротивление, но её хватило секунд на пять, после чего наши языки надолго переплелись в глубоком, жарком поцелуе.
— А-ах! Мм… Ну и⁈ — рассержено отреагировала она, пытаясь отдышаться. Но с её губ не сходила довольная улыбка.
— Какая же ты у меня милая! Иди скорее в ванную, не то я съем
— Ахах! Но так нечестно! Это я должна в доме готовить! — Она рассмеялась.
— Так я и не против! Ты, кстати, ещё успеваешь испечь блинчики!
— Блинчики? — робко переспросила Виктория. — Но они же у меня…
— А я помогу! Будем делать их вместе. Только ты и я!
❖ ❖ ❖
— А чем это у нас так вкусно пахнет? М? — зайдя в кухню, спросил я. — Моя зайка готовит рагу? Ах, какой же у него аппетитный аромат! Слюнки уже текут! Вика, любовь моя, я тебя обожаю!
— Я старалась, любимый! Как дела на работе?
— Полный порядок!
Моя рука нырнула под Викин фартук, огладила нежную кожу бедра. Вторая рука сжала упругую грудь с призывно торчащим соском. Нос зарылся в тёмно-каштановые волосы, приятно пахнущие персиковым шампунем, и губы прижались к затылку девушки.
— Дорогой, что ты творишь?.. — Её рука потянулась к плите, чтобы поскорее выключить конфорку.
— А кто у нас опять ходит дома без трусиков?
— Хи-хи… Твоя зайка!.. Теперь ты меня накажешь? — кокетливо спросила она, стараясь поплотнее прижаться ко мне попкой, и принялась похотливо тереться ей о мой пах.
Кончики моих пальцев ощутили свежую влагу между её ног.
— Конечно, накажу!
— Два раза? — с надеждой в голосе уточнила Виктория.
— Три! Ты сильно провинилась! — игриво сказал я, а она уже потащила меня за руку в нашу уютную спальню.
Проснувшись рано утром, я почувствовал себя разбитым. Меня разбудила громкая музыка, играющая у соседей. Но причина такого моего состояния была вовсе не в ней.
Этой ночью я спал посередине сдвоенной кровати, часто оказываясь над узкой щелью между матрацами. И оттого постоянно кочевал с одной стороны постели на другую, прижимаясь то к Саше, то к Кате. Приставить наши кровати друг другу теперь не казалось такой уж хорошей идеей. Надо будет придумать что-то другое!
— С добрым утром! — улыбаясь, прошептала мне Сашка и принялась щекотать мой нос кончиками своих, собранных в пучок светло-каштановых волос.
— С добрым, зайка! — пожелал я в ответ и улыбнулся. — Ну всё, хватит! — Не выдержав щекотки, отвернулся и сел. — О-ох, блин…
— Что? Спина? — спросила она, заметив, как я задумчиво разглядываю шов между матрацами. — Вставай, идём! Я знаю, что тебе поможет!
Мы с Сашей тихонько слезли с кровати и, держась за руки, спустились по винтовой лестнице на первый этаж. Зайдя на кухню, я налил два стакана воды. Залпом выпил свой и сразу же обнял Сашку со спины, любуясь тем, как она не спеша, по маленьким глоточкам пьёт прохладную воду.
— Ты такая красивая! — негромко сказал я, поглаживая её бархатистую кожу.
Не допив, она опустила стакан на столешницу. Облизнулась. Загадочно посмотрела в мои глаза и, обхватив мои ладони на своём животе, двинулась в сторону санузла.
— Раздевайся! Сегодня твоим доктором буду я! — ласково прошептала она и, стоя вплотную ко мне, начала стягивать с меня нижнее бельё. А когда оно упало к щиколоткам, хихикнула и добавила: — Залезайте в душ, больной! Сегодня с утра у вас по распорядку водные процедуры!
