— Самое подходящее время года для этого.
— Я часто сплю под открытым небом.
— А сегодня ты также собираешься спать под открытым небом? — спросила Бреннан, потягивая пейл-эль.
— За все платит Луонг, так что я собираюсь провести еще одну ночь в «Марриотте».
— Как и я. — Темперанс посмотрела на Ричера через край своей кружки.
— И мы туда сейчас отправимся? — спросил он, глядя на ее спину.
Бреннан отпила еще один миллиметр пива. Ее ответ последовал после долгой паузы.
— «Убер»?
Ричер кивнул.
И они отправились в «Марриотт».
Вместе с потоком пешеходов я шагал на юг по правому тротуару Пятой авеню в Нью-Йорке, в квартале от Эмпайр-стейт, как вдруг какая-то незнакомка положила руку мне на плечо и сказала:
— Я вас знаю.
Я был почти уверен в обратном. Более того, я был почти уверен, что, если я начну уточнять, она скажет, что я именно тот парень, перед которым вот-вот откроются неповторимые финансовые возможности. Или что я встречу таинственного незнакомца. Или что-нибудь ещё, столь же заманчивое. Но только я сначала должен дать ей двадцать баксов. Ну, или пятьдесят. Это условие будет обязательным. У неё была хрупкая фигура, светлые волосы и голубые глаза, ей было лет около сорока, и она выглядела слегка потертой и битой жизнью в своём черном деловом костюме, слегка лоснившемся от чисток и слишком теплом для такой погоды. На плече у неё висела черная кожаная сумочка, набитая чем-то, и это что-то было тяжелым.
Я спросил:
— Ну и кто же я?
— Джек Ричер, — ответила она.
— Точно?
— Второго имени нет, тринадцать лет в военной полиции.
— Ну а теперь, кто вы?
— Вы когда-нибудь были в Австралии?
— Это вопрос, а не ответ.
— Были или нет?
Я подумал, что, судя по ее гласным звукам, она выросла в Чикаго, и спросил:
— В каком вы учились колледже?
— Йель, — сказала она. — А это имеет значение?
— Помните свой второй год обучения?
— Думаю, да.
— Примерно тогда я был в Австралии в последний раз.
— Вы тогда еще служили в армии.
— Я заскочил туда на обратном пути из Кореи.
— Зачем?
— Отпуск, — сказал я. — Там было лето, а везде зима.
— Не везде, — сказала она. — Зависит от полушария.
— Это связано с женщиной. Я познакомился с ней на Бали.
— Были проблемы во время вашего визита?
— Кто вы? — снова спросил я ее.
Сдвинув вперед сумочку, в которой столкнулись со стуком тяжелые предметы, она сунула руку внутрь. Нас обтекала река пешеходов. Трое нью-йоркских полицейских наблюдали за нами. Незнакомка достала бумажник со значком. Золотой щит. Она была из ФБР. Специальный агент. Ее звали Синтия Митчелл.
Она сказала:
— Не могли бы вы проехать со мной в центр и ответить на пару вопросов?
— Зачем?
— Международное сотрудничество, — сказала она. — И это может быть в ваших интересах.
— Каким образом?
— Австралийские правоохранительные органы обнаружили список. В нем четыре человека, включая вас. Остальные трое мертвы.
Специальный агент Синтия Митчелл сделала четыре звонка по мобильному телефону, и когда она закончила говорить, у бордюра рядом с нами остановился неприметный черный седан. У него были стальные колесные диски с декоративными колпаками и две штыревые антенны на крыше, а внутри пахло моющим средством для автомобилей. Митчелл скользнула внутрь на место за водителем. Я сел рядом с ней за пустым передним пассажирским сиденьем. Водителем был крепкий парень в костюме. Он молча тронулся, направляясь вместе с потоком машин на юг, к пустым правительственным зданиям в центре города. Митчелл молчала, набирая в телефоне большими пальцами текст и отправляя электронные сообщения.
Через двадцать минут мы припарковались в подземном гараже и поднялись наверх в медленном лифте, пахнувшем резиной. Парень в костюме отделился от нас, и Митчелл повела меня дальше, в сдвоенный офис, обставленный как конференц-зал. Там стоял длинный стол и кожаные кресла на тонких хромированных ножках. На одном из стульев сидел парень в синем костюме. Он был примерно того же возраста, что и Митчелл, лет сорока, с непослушными светлыми волосами и ярким загаром, широкими плечами и натруженными руками. Потрепан, но не так, как Митчелл. Возможно, когда-то играл в мяч. Теперь федеральный агент. Кем он и оказался, правда, не нашим.
Митчелл представила его:
— Это Пит Петерсон из австралийского консульства. Он их главный специалист по борьбе с терроризмом. Его министерство внутренних дел обнаружило список. Вопросы задает он, мы ему только помогаем.
Петерсон сказал:
— Мы попросили всех своих друзей прогнать несколько фотографий через их программы распознавания лиц и свои местные базы данных. Ваше фото совпало как с вашим старым армейским фото, так и с фото в вашем новом паспорте. Вы не сильно изменились. Наши друзья из ФБР были достаточно любезны и сообщили ваше имя. Мы пытались связаться с вами, но у нас ничего не вышло.
Я спросил:
— Когда это было?
— Год назад.
— Год назад меня было трудно отыскать.
— Мы это поняли.
— Со списком были фотографии?
Петерсон покачал головой.
— Нет, — сказал он. — Фотографии это и есть список. Это все, что было. Четыре фотографии в конверте. Ничего больше.
— Где?
