Думала я думала, потом написала главному редактору журнала «Наше кино» (где я увидела «испугавшую меня статью»). Главный редактор журнала Инесса Хайдер ответила (хоть ОНА что-то вразумительное ответила!!!), что она лично не имеет никакого отношения ни к сериалу, ни, тем более, ко мне. А если мне угодно на юридические темы говорить, то журнал её зарегистрирован… в Бангладеш! Мол, туда и пишите…
Что конкретно я буду делать? Конкретно я — в суд подам (это не дорого). Зачем?
Не волнуйтесь, не такая уж я наивная дура, подозреваю, что денежки отсудить будет трудно.
Вы не поверите, но главная причина более простая:
Скоро на бумаге выходит продолжение «Могилки» («Миссия Клео»), но это произойдёт ПОСЛЕ февраля, уже когда выйдет фильм. Откуда я знаю, сколько ещё похожих мест окажется? Вдруг они 70 процентов слизали? Тогда уже меня могут обвинить, что Я у них чего-то слизала.
Короче, мне надо офицально, на бумаге, зарегистрировать свою реакцию и приложить к ней тексты: книжку и сценарий (в котором материалы из двух книжек — про «Могилку» и про «Клео»), чтобы весь тиражик потом на помойку не выбрасывать. Чисто подстраховаться хочется — вот и всё! А если, всё-таки, получится денежки отсудить, то, естественно, адвокату отдам половину отсуженного, акагже? И вам в таких случаях жданичать не советую!
Если не хотите похожих ситуаций, время от времени проверяйтесь на ликвидность, предохраняйтесь.
Удачи!
Приёмная телепродюсера не Смольный, ходоков отринут, но сценарий ваш возьмут охотно. Хотя, недорого.
Акунин сдал «Гамбит» за десятку штучек баксов на ТВ. Вам в лучшем случае пятёра светит, если не захотите сдать бесплатно.
Выпив отличный кофе, продюсер замер с пилочкой в руке. Холю ногтей приходится отлОжить.
Хлоп! На стол продюсера легла кассета VHS. ВДВ-шник, хлопнувший кассетой, отличался краткостью, сестрой таланта:
— Вот! Покажите людям правду…
— Какой хотите гонорар?
— Гонорар не срочно. Лишь бы справедливость восторжествовала!
Сказав так пафосно, камуфляжный ВДВ-шник удалился…
Хлоп! Буквально через полчаса на стол рекламодателя легла кассета.
Рекламодатель воспрянул духом, уже слегка упавшим, и с кассетою наперевес, трусцой, вприпрыжку, помчался радовать производителя прокладок.
А через две недели рука в мозолях, уродуя многострадальный, весь увитый скотчем, пультик, давИт на кнопку… Усталый глаз, пошарив по экрану, замирает в удовольствии… Всё же не проклятый сериал…
Цикл завершился, в секретной обстановке подводятся итоги.
Продюсеру — …надцать штучек, рекламодателю — и того боле. Кого ещё забыли? Да, вроде, никого.
Проводив рекламодателя, продюсер задремал. Но не надолго.
Хлоп! ВДВ-шник выбивает дверь, предварительно обезоружив секретаршу. За ним торжественно идёт процессия, пешком и на колясках. В атмосфере кабинета вонько.
Помимо всего прочего, разит одеколоном «Нефертити».
Продюсер гневно осудил вторжение:
— Позвольте, господа!..
Взгляд его среди нагрянувших стремительно пришельцев находит давешнего незнакомца.
— Простите, вы же говорили, что гонорар не срочно!
— Не срочно, но налог на имидж, то бишь на его эксплуатацию, надо бы сегодня заплатить. Массовка ждёт! Мы завтра на гастроли уезжаем. В Мухопрыщевск! Мы ещё с продюсерами по гастролям не мотались…
Те, что на колясочках, естественно, сидят. Те, что ходячие, немедленно идут к продюсеру, дают бельишко, обувь мерзкую, не без портяночек, не без вонюченьких…
Сверху на имидж прыскают лицензионным одорантом, смесью родных фекалий с арабским «Нефертити». Для полного и безраздельного слияния с массовкой…
В костюме пленника и с кляп-бананом в челюстях, продюсер едет вон из кабинета.
На чужой коляске и со связанными ножками, причём, одна длиннее, а вторая несколько короче, как бы без стУпни, как бы в тоненькой портянке… В изгаженной вонизмами руке зажата банка с мелочью, а на груди, как водится, иконка. Классика.
Внутренне продюсер, конечно, не сдаётся: «Ничего-о-о… Здание покинули, а вот территорию… Охранничек не даст в обиду, остановит шушеру! Как пить дать остановит! Всех перестреляет, всех!!!»
Однако же, охранника на месте нету…
В купе дешёвого вагона трясётся связанный продюсер. Эх, кабы прокрутить события назад, он новые порядки узаконил бы. Конечно! Порядки были бы такие:
— на сценариях не экономить, фильмы делать клёвые…
— рекламу сжать до минимума, чтобы не тошнило…
— снимать за деньги, за свои, а не бесплатно…
Задним числом паясничать сподручно, а бедному продюсеру придётся отпахать сезончик где-нибудь на нищем побережье, в личине ароматной куколки-колясочницы…
Прощай же, Ницца! Прощайте, Канны… Прощайте навсегда…
Почти что все кошмары поучительны. Одни бывают посланы во благо, другие в назидание.
Поскольку назидания нам ни к чему, мы выбираем благо. Итак:
Откинув голову с рабочего стола, продюсер весь встряхнулся, как пару месяцев не мытый сеттер. Понюхал руки, потом рукавчики… Ничем таким особенным не пахнет!
